Том 10. Письма. Дневники полностью

Себе желаю только одного: как можно скорее переехать в Нащокинский переулок. Больше мне ничего не нужно.

Есть затрепанная, тусклая, заношенная надежда, что это случится в январе. Но если не случится, то гражданин, которому наша Пироговская квартира уже сдана, отравит мне окончательно жизнь.

Но недаром я жду полночи — улыбнется богиня — авось переедем.

Ваше письмо от 3.XI.33 получено...

Москва

Николаю Афанасьевичу Булгакову

II, rue Jobbe Duval

Paris XV

(место службы: 75, Olivier-de-Serres

Téléphone: Vaugirard 55-82)

Дорогой Коля!

Г-н Юджин Лайонс (Eugene Lyons), корреспондент американской прессы, проживавший в Москве, а теперь направляющийся в Америку, выразил интерес к моей пьесе «Зойкина квартира»[304]. Ввиду того, что доверенность на эту пьесу у тебя, я направлю г. Лайонса к тебе.

Может быть, ты найдешь возможным вступить с ним в переговоры и договорные отношения относительно «Зойкиной квартиры» для Америки. Я с ним (ввиду того, что мой договор с Фишером на «Дни Турбиных» кончился) заключил договор на «Дни Турбиных» для всей заграницы сроком до конца 1934 года (на английском языке для театров и на всяком языке для кино). В начале февраля я меняю свой адрес в Москве, но точно его еще не знаю. Поэтому впредь до сообщения его тебе прошу писать мне заказными по следующему адресу:

Москва, проезд Художественного Театра. Московский Художественный театр. Михаилу Афанасьевичу Булгакову.

Твой Михаил.

Дорогой Викентий Викентьевич!

Адрес-то я Вам не совсем точный дал. Надо так: Москва 19, Нащокинский пер., д. 3, кв. 44. До 10-го я позвоню Вам, и мы условимся, как быть с билетами. Я искренно опечален тем, что Вы сообщили о Вашем доме. Подтверждается ли это? Я от души желаю Вам, чтобы Ваше новое пристанище в случае, если придется уезжать, было бы хорошо.

А об этом кабинете сохраню самые лучшие воспоминания[305]. Я становился спокойнее в нем, наши беседы облегчали меня.

Свое жилище я надеюсь Вам вскоре показать, лишь только устроюсь поуютнее.

Замечательный дом, клянусь! Писатели живут и сверху, и снизу, и сзади, и спереди, и сбоку.

Молю бога о том, чтобы дом стоял нерушимо. Я счастлив, что убрался из сырой Пироговской ямы. А какое блаженство не ездить в трамвае! Викентий Викентьевич!

Правда, у нас прохладно, в уборной что-то не ладится и течет на пол из бака, и, наверное, будут еще какие-нибудь неполадки, но все же я счастлив. Лишь бы только стоял дом.

Господи! Хоть бы скорее весна. О, какая длинная, утомительная была эта зима. Мечтаю о том, как открою балконную дверь.

Устал, устал я.

Итак, приветствую Марию Гермогеновну, Вас обнимаю, а Елена Сергеевна просит Вас поблагодарить за приглашение и, так же как и я, приветствует Марию Гермогеновну.

Ваш М. Булгаков.

P. S. Елена Сергеевна перенесла грипп в серьезной форме.

Москва

Дорогой Коля!

Твое молчание меня тревожит. Я переехал на новую квартиру. Адрес: Москва, 19, Нащокинский переулок, д. 3, кв. 44 (заказными).

О «Зойкиной». От Б. Рубинштейна из Парижа (от 22.II.34) я получил письмо, в котором он всячески старается доказать, что он, Рубинштейн (именует себя — «владелец изд-ва Ладыжников», Берлин), имеет права на «Зойкину» на том основании, что он и подписал то самое соглашение, копию которого я тебе послал. Он пишет, что я должен соглашение второе (то есть доверенность тебе) аннулировать.

Само собой разумеется, я ему отвечу, что я не с тобой аннулирую соглашение, а с ним. Тебе придется несомненно иметь с ним дело. Так вот, потверже с ним через Société действуй. Пусть установят, на чем основаны притязания г. Рубинштейна. Я полагаю, что никаких прав он не имеет. Копию его письма посылаю тебе в следующем письме. Обуздай ты, пожалуйста, всех, кто тянет руку к гонорару незаконно. Спешу в Театр, целую тебя и Ваню. Здоровы ли Вы?

Твой М. Булгаков

Адрес Рубинштейна:

Agence Litteraire et Dramatique Internationale 72-bis, rue Michel Ange

Paris (16-me) для Б. Н. Рубинштейна (в заголовке письма — Bernhard Rubinstein).