Робинсон судорожно глотнул.
— У меня… у меня нет денег…
Брант неожиданно подался вперед, а рука его так быстро выбросилась вперед, что Джордж успел заметить лишь блеск лезвия. Робинсон с визгом отшатнулся, на его щеке протянулся порез, из которого потекла кровь. Женщина открыла рот, собираясь закричать, но Брант так взглянул на нее, что все звуки застряли у нее в горле.
— Быстро! — Брант снова повернулся к Робинсону. — Или вам этого мало?
Робинсон дрожащей рукой показал на комод. Брант достал оттуда бумажник, который лежал под грязным носовым платком. Там было двадцать фунтов. Он сунул их себе в карман.
— Где остальные? — спросил он.
— Это все, что у меня есть, — начал уверять его Робинсон в паническом страхе. — Клянусь вам!
— И с вами покончено, — заявил Брант. — Теперь мы сами за себя постоим. Поняли? Больше не суй свой нос в наши дела! Иначе расправа будет короткой.
Прислушиваясь к его словам, Джордж внезапно понял, что именно так он вел себя в своих фантазиях. Именно такие слова бросал бесстрашный гангстер Джордж Фразер другим гангстерам.
Брант подтолкнул его к двери.
— Спокойной ночи! — сказал он. — И на вашем месте я не стал бы вызывать полицию. Дело в том, что меня все равно не поймают, но вот вас-то я тогда уже не выпущу из рук. От меня вы не скроетесь!
Он сделал знак Джорджу, приглашая его следовать за собой, и вышел из комнаты.
«Смешно, — думал Джордж, шагая по лестнице вслед за Брантом. — Такое я не хотел бы ему спускать. Кем он, собственно, себя считает? Лишил меня всего, а теперь уйдет, словно ничего и не случилось».
Джордж в своих мечтаниях и фантазиях так часто разыгрывал эту роль, которую взял на себя Брант, что чувствовал себя буквально оскорбленным. Правда, он признавался себе, что вел себя не по-геройски. Он боялся Робинсона и женщины. Но только потому, что чувствовал себя безоружным. Откуда было ему знать, что у Бранта была с собой бритва и что он не остановится перед насилием? Если бы он знал это, то захватил бы с собой пистолет. С «люгером» в руке он нагнал бы страху не только на Робинсона и женщину, но и на самого Бранта. Какую возможность он упустил! И только потому, что Брант не поверил ему. Внезапно в Джордже вспыхнул порыв ярости. Это было типично для Бранта — он должен был играть первую скрипку, а его, Джорджа, оттеснил на второй план, чтобы самому сорвать все лавры.
Когда они уже были в уличной темноте под дождем, Джордж схватил Бранта за руку и остановил его. Гнев, разочарование и стыд придали ему силы.
— Что за игру вы ведете? — спросил он грубо. — Почему мне не сказали, какие у вас намерения? Я бы смог покончить с этим делом и без этого представления.
Брант удивленно уставился на него.
— Что это вы здесь рассказываете? — спросил он и стряхнул руку Джорджа. — Вы даже пальцем не могли там пошевелить.
— И в этом виноваты только вы! — воскликнул Джордж с растущей злостью. — Я же вам говорил, что сегодня нет смысла идти туда. Если бы я знал ваши намерения, все было бы по-другому.
— Как? — спросил Брант. — Деньги у меня. Теперь мы можем делать, вы понимаете это, все, что хотим. Или вы считаете, что могли бы вытащить у него больше?
Слова Бранта немного отрезвили Джорджа, но он завидовал успеху напарника и был так зол, что не мог совладать с собой.
— Все было бы по-другому, если бы я захватил свой пистолет! — вырвалось у него.
— Пистолет? — переспросил Брант. — Что за пистолет?
Джордж еще никогда и никому не говорил о пистолете. У него не было на него разрешения. Если бы полиция узнала о том, что у него есть оружие, у него были бы большие неприятности. И скорее всего пистолет отобрали бы. И вот теперь он сказал об этом Бранту. У него не было другого выхода, если он не хотел потерять свое лицо.
— За кого вы меня принимаете? — хмуро спросил он. — У меня уже много лет имеется пистолет. Я привез его из Штатов. Только я не очень люблю об этом распространяться. Полиция меня все равно не поймет.
— Пистолет… — повторил Брант еще раз с таким ударением, словно этот факт был чрезвычайно важен. — Значит, у вас есть пистолет?
— Уже несколько лет, — повторил Джордж. Его порадовала реакция, с которой Брант воспринял его слова. — А с пистолетом в руке не надо тратить много слов. Меня нельзя назвать словоохотливым.
— Этого я не знал, — сказал Брант, и теперь его суровость и самоуверенность почти не производили впечатления на Джорджа.
— Бритвы я с собой не ношу, — продолжал Джордж, и голос его звучал странно даже для него самого. — Так поступают только новички.
— Здесь оружия не достать, — ответил Брант, словно извиняясь. — Но на этого мошенника мы все равно нагнали страху.
— Нагнали, — подтвердил Джордж, польщенный словом «мы». Это свидетельствовало о том, что Брант готов разделить с ним свой успех.
— И вы, наверное, хороший стрелок? Не так ли? — спросил Брант.
— Я? — Джордж рассмеялся. — Во всяком случае, другие так утверждали. Попадаю в центр игральной карты с двадцати метров. Правда, сейчас я уже много лет не в форме.
