— Ты этого не допустишь, Джордж, — кричала она. — Ты просто не можешь этого допустить! — Ее голос сорвался до визга. — Джордж, ты не можешь этого допустить! Разве ты не видишь, что они собираются делать? Они хотят меня убить! Спаси меня! Я все для тебя сделаю! Клянусь! Я все для тебя сделаю, если ты спасешь меня! Прошу тебя, Джордж! — Она обняла его и прижала его лицо к своему. — Я тебя больше никогда не брошу, Джордж! — продолжала она. — Прости меня, пожалуйста!
Прикосновение ее тела, запах духов и волос внезапно ослабили его волю. Но Нончо вырвал ее из его рук.
— Вы что, уже забыли о своей кошке? — спросила Эмили и задумчиво посмотрела на него. — Лучше уходите! Вы здесь никому не нужны. Вам повезло. Ваш рассказ был искренним, и я поверила в него. И о кошке я сожалею. Вы можете мне не верить, но я тоже люблю животных.
— Джордж! — закричала Кора. — Не уходи! Не бросай меня!
Он неуверенно направился к двери. Какое-то мгновение он был в нерешительности, но потом вышел из квартиры и спустился по лестнице. В голове его был полный хаос. Куда идти? Что делать? Он теперь будет совсем одинок. Лео больше не было. Кора тоже скоро уйдет навсегда. Джордж остановился, опустив руки. Будущее представилось ему в мрачных тонах. Когда он еще был на лестнице, электричество мигнуло несколько раз и погасло. Короткое замыкание… Джордж открыл дверь и вышел под дождь.
Внезапно из темноты выплыли какие-то лица и окружили его. Он увидел блестящие от дождя фуражки и полицейские каски.
— Что? — еле выдавил он, ослабев от страха.
— Я инспектор полиции Тук, — сказал один из них, и Джордж отчетливо увидел человека высокого роста, который протиснулся к нему через полицейских. — Полагаю, что вы — Джордж Фразер? Я арестовываю вас по вескому подозрению в налете на бензоколонку в Кингстоуне.
Джордж, моргая, посмотрел на инспектора. Страх исчез. Он облегченно вздохнул. Где-то в подсознании он все время знал, что рано или поздно они схватят его. Хорошо, что конец наступил.
— Да, — пробормотал он и почувствовал, как полицейские провели по его одежде руками.
— Минутку, — быстро сказал инспектор. — Я должен предупредить вас, что все, что вы теперь скажете, будет запротоколировано и может быть обращено против вас.
— Понимаю, — ответил Джордж. — Благодарю вас за предупреждение, но я вам все скажу. На моей совести есть и убийства. Я убил Криспина и Малыша Эрни.
Полицейские схватили его за руки, но не грубо. И когда инспектор снова заговорил, голос у него был почти дружеский:
— Малыш Эрни? Значит, это дело ваших рук? Что ж, хорошо. Лучшее, что вы можете сделать, это во всем чистосердечно признаться. Кто такой еще этот Криспин?
— О, это долго рассказывать, — усталым голосом ответил Джордж. — Но другие из этой банды еще наверху. Они только что убили Кору. Вы их всех там найдете: Эмили, Макса и обоих греков. Они не должны от вас ускользнуть.
Четверо полицейских быстро устремились к парадному. Джордж услышал, как они, стуча каблуками, стали быстро подниматься по лестнице.
— Я не знаю, как вы меня выследили, — заметил Джордж и подошел к машине, — но я много читал о трудолюбии полиции, и я думаю…
— Вас опознали, — перебил его инспектор и сел рядом с Джорджем в машину. — Дежурный с бензоколонки увидел вас час назад на улице. Он позвонил нам, и вот мы здесь. Мы уже давно за вами присматривали. Не нравятся нам люди, в обществе которых вы бывали. Вот, берите и закуривайте. — Он протянул Джорджу сигарету.
— Спасибо, но мне сейчас не хочется курить, — сказал тот. — У меня во рту все пересохло. Смогу я позднее получить чашку чаю?
— Конечно, — пообещал инспектор.
Джордж кивнул.
— Меня, наверное, повесят, — сказал он. — Вы знаете, я совсем не боюсь! Всю свою жизнь я был ужасно одинок…
— Не надо так говорить, — сказал инспектор и внимательно посмотрел на него. — Пока живешь, надеешься… Вы не должны быть таким подавленным.
— О, я совсем не подавлен, — ответил Джордж. — Вы мне не поверите, но сейчас я совершенно счастлив.
Их было трое. Спрятавшись в тени огромного навеса придорожного кафе от палящих снаружи лучей полуденного солнца, они сидели за круглым столом возле стойки бара и пили кукурузное виски.
Джордж, стоя за стойкой бара с тряпкой в толстых пальцах, прислушивался к разговору троих мужчин. Он то и дело кивал своей квадратной головой и говорил:
— Истинная правда, мистер. Именно так все и было, мистер…
Уилкотт неуверенно ощупал монету в жилетном кармане. Это были последние деньги, что немало тревожило Уилкотта. Фридман и Уилсон уже проставили виски, и теперь была его очередь. Но на три порции денег явно не хватало. Бледное веснушчатое лицо Уилкотта блестело от пота. Он притронулся грязным пальцем к своим коротким усикам и беспокойно заерзал.
Уилсон сказал:
— Нынче, куда ни сунься, везде какой-нибудь паршивый бродяжка так и смотрит, как бы задарма переспать, да еще при этом и пожрать на халяву. Этот городишко так и кишит бродягами.
— Ну и духота! — быстро проговорил Уилкотт. — Даже пить не хочется в такую жару.
