Наконец Мира поднялась и надела туфли, ощущая сквозь прохудившиеся подметки шероховатости пола. Она налила воды в жестяной таз и принялась за утренний туалет. Поплескав на себя воды, она проворно вытерлась. В то время как руки были заняты привычными манипуляциями, мысли сосредоточивались совсем на другом. «Пора малость встряхнуться, эти бездельники до чертиков надоели, — думала она. — С Диллоном нужно обращаться осторожно». До сих пор он игнорировал ее, и Миру это задевало. Он попросту не замечал ее присутствия. Мира решила, что он холоден, как рыба.
Мира подошла к табуретке, на которой лежала ее одежда, и, морща лоб от негодования, придирчиво рассмотрела ее. Проклятое тряпье было все в дырках. Даже платье было штопано-перештопано. Натянув его через голову, она прошла в гостиную. Гарни стоял в открытых дверях, застегивая пояс. Он с недовольным видом кивнул ей. Надеясь, что ему здорово повезло, раз он захватил Миру, Гарни рассчитывал на многое, но увы — она запиралась на цепочку каждый вечер. Его подбородок оброс щетиной, а глаза, припухшие от сна, жадно смотрели на нее. Наискось находилась еще одна дверь, там была спальня Диллона, но они не ожидали его скорого появления.
— Хоть бы огонь разжег, — раздраженно сказала Мира.
— Как скажешь, — он побрел во двор и скоро вернулся, неся дрова. Присев перед маленькой печкой, он выгреб золу, и вскоре там запылал огонь.
Мира начала собирать на стол. Гарни поставил чайник на плиту и, почесываясь и зевая, отошел от печки. Его глаза ни на мгновение не теряли из поля зрения Миру. Она не обращала на него внимания, но чувствовала его возбуждение.
Наконец Гарни перешел к делу. Подойдя сзади, он обхватил ее руками, сжимая груди в ладонях.
— Сгинь! — огрызнулась она. — Ты видишь, я занята.
Гарни насильно повернул ее к себе лицом.
— Мне тошно от твоего поведения, — сказал он. — Долго я не выдержу.
Схватив Миру в охапку, он бегом внес ее в спальню. Мира не сопротивлялась. Опустив ее на ноги, он остановился, тяжело дыша.
— У тебя не те мысли, Ник, — упрекнула она.
— Да? — он слегка встряхнул ее. — Это ты так думаешь. Что на тебя нашло? Когда был жив Батч, тебе самой не терпелось, а теперь…
— Чайник кипит, — не меняя холодного выражения лица, сообщила она. — Опустись с небес на землю.
Гарни разжал руки.
— Как ты можешь со мной так обходиться, — сказал он.
Неистовая ярость охватила ее.
— Ты так думаешь? — воскликнула она. — Посмотри на меня! Думаешь, мне нравится ходить оборванкой? Все, на чем зациклились твои мысли, так это как затащить меня в постель. Так вот, придется подумать и о кое-чем еще. У этой сволочи пачка денег, и он просто сидит на них. До каких пор, по-твоему, мы будем оставаться в этом хлеву? Да кто ты такой, черт побери, чтобы еще и обижаться?
Гарни тревожно попятился.
— Уймись, — сказал он. — Я ничего не могу поделать.
— Ах, ты ничего не можешь поделать? — она ударила кулаком о кулак. — Вот я тебе сейчас покажу!.. — Она проскочила мимо него и ворвалась в спальню Диллона. Тот сидел на постели уже одетый, ковыряя спичкой в зубах. Он подозрительно уставился на Миру.
— Какого черта ты врываешься сюда? — рявкнул он.
— Сейчас скажу! — набросилась она на него. — Я хочу покинуть эту дыру. Мне нужны деньги, чтобы купить одежду. Осточертело торчать тут и работать задарма на пару голозадых бездельников, вроде вас. Посмотри на меня, посмотри на мое платье!
Диллон поднялся. Гарни маячил в дверях, и ему было страшно. Диллон сутулил плечи, и это было плохим признаком.
— Слушай! — прошипел он. — Убирайся отсюда побыстрее, или я тебя вздую! Я здесь командую, поняла?
Мира язвительно усмехнулась. Уперев руки в бока, она стояла посреди спальни, широко расставив ноги.
— Тоже мне командир, мелочь пузатая! — закричала она. — Мне нужны деньги, понял?
Оскалив зубы, Диллон без предупреждения ударил ее в висок. Это был страшный удар. Мира пролетела через всю спальню и, ударившись плечом о дощатую стенку, растянулась на полу.
— Эй! — слабо вякнул Гарни. — За что ты ее бьешь?
Диллон зыркнул в его сторону, и его холодные глаза блеснули.
— Это не твое дело, — коротко сказал он. — Что заслужила, то и получила. Нечего разговаривать в подобном тоне со мной.
Мира с трудом поднялась на ноги, держась за голову. Качаясь, она с трудом сфокусировала глаза на Диллоне.
— Ты дьявол! — прошипела она.
Диллон подтянул брюки и подошел к ней.
— Выметайся, и собери чего-нибудь поесть. Нечего прохлаждаться. И я не позволю тебе задирать нос.
Повернув голову, она глянула на Гарни.
— И после этого ты думаешь заползти в мою постель? Ты, трусливая крыса!.. У тебя был шанс.
— Заткнись! — рявкнул Диллон.
Гарни повернулся и молча вышел. Он догадывался, что Мира не успокоится и задаст ему жару.
Диллон не сводил глаз с Миры. Он помнил, как она поступила с Батчем. Эта фурия была опасна.
Мира с ненавистью смотрела на него.
— Тебе это так не сойдет, — угрюмо сказала она. — Я еще расплачусь с тобой, мерзавец!
— Поживем — увидим! — сказал Диллон, оставаясь настороже.
