– Штаны твои нашли… – сказал очкастый. Маленький в черном плаще все смотрел на меня, приятно улыбаясь одними губами. У меня было такое ощущение, что я ему очень не нравлюсь.
– А я-то искал-искал, – сказал незнакомец. – Нет штанов! В грязи вывалялся как свинья. Куртку сразу нашел, а штаны – нет.
– Ну, пошли, – сказал бородатый и поволок незнакомца к выходу. Незнакомец дошел до дверей и вдруг остановился.
– Подождите, с хозяином надо проститься… – Он повернулся ко мне. – Спасибо вам за ласку, товарищ… Простите, не знаю вашего имени-отчества…
Он добродушно и растроганно улыбнулся и вдруг подмигнул. Я молча поклонился. Мне было неловко. Все смотрели на меня, особенно – маленький в черном плаще. Незнакомец сунул-таки руку в задний карман, покопался там, что-то вытащил, вложил мне в ладонь и вышел. Остальные последовали за ним, разговаривая во весь голос, и даже двери за собой не закрыли.
Я поднял руку к глазам. На ладони у меня лежал камешек. Обыкновенный камешек, пористый, серенький, похожий на песчаник. Голоса уже раздавались во дворе. Отчаянно заливалась дворняга. В голове у меня все шло кругом, и я ничего не понимал.
Вдруг кто-то сказал: «Извините». Передо мной стоял тот, в черном плаще, и приятно улыбался.
– Извините, – повторил он и осторожно взял камешек у меня с ладони.
– Что это? – спросил я.
Он внимательно посмотрел на меня, потом – мельком – на камешек, потом снова на меня.
– Это так… Шутка… Спокойной ночи. Простите нас за беспокойство…
Он повернулся и вышел, плотно прикрыв за собой дверь.
За окном взревели моторы, и свет фар снова скользнул по окну.
Я посмотрел на пустую ладонь. Шутка, подумал я. Вот так шутка… Я стоял посреди комнаты, смотрел на стол, где громоздилась история престарелого академика, на пустой табурет, на воняющий керогаз, на мокрый след неприкосновенной куртки на полу и слушал, как затихает, удаляясь, рев могучих моторов.
Этот роман задуман был, видимо, в самом начале 1959 года. Вот первое упоминание о нем:
19.03.59 – АН: «Теперь о „Возвращении“. Пришли мне три своих неудачных варианта, хочу поглядеть, по какому пути ты идешь. Все три. У меня сильное подозрение, что ты прешься не по той дорожке – слишком тебя занимает психология. От одной психологии добра не жди. Буду ждать с нетерпением…»
Работа шла трудно. Изначально будущее сочинение мыслилось авторами как большой утопический роман о третьем тысячелетии, но в то же время и как роман приключенческий, исполненный фантастических событий, то есть отнюдь не как социально-философский трактат.
16.12.59 – АН: «…Срочно давай идеи для „Возвращения“. Я более или менее разработал первую часть, но мне нужны хорошие планы для части о „кхацкхах“ и, самое главное, для части последней – „Творцы Миров“, о человечестве в канун четвертого тысячелетия. Расстарайся, брат. Часть о перелете к кхацкхам должна быть сильно приключенческая, а последняя часть – психологически-утопическая с диковинами и гвоздиками».
Сохранилась копия заявки, которую в декабре 1959 года АН подал в издательство «Молодая гвардия». Там сюжет «Возвращения» выглядит так (повторяю – это конец 1959-го: написано несколько вариантов начала, ни один из них не представляется авторам окончательным и даже просто годным к употреблению):
