Том 2. Пьесы 1856-1861 полностью

Поль. Это вы, maman, доверчивы; а попадись они мне, я бы им задал. Фить, фить… (Делает жест рукой.) Ведь с этим народом нельзя иначе. Это им хорошо… почаще… Просто зло берет Из-за этих негодяев я теперь должен чем свет итти пешком в какой-то суд, о котором Я бы и не слыхал никогда; потом бежать пешком домой или трястись на ваньке. Не могу же я так жить, как живут эти писцы, с которыми, впрочем, я сижу рядом. Они там на крыльце едят у разносчиков пироги с луком. Они Все могут, они так созданы; а я не могу. Ну, вот я теперь и задолжал всем: и извозчику, и портному, и Шевалье. Наши все ходят к Шевалье, и правоведы… Не могу же я, в самом деле, пироги с луком есть, а там еще нужно экзамен держать в каком-то уездном училище. Ужасно! А будь У меня состояние, я бы ничего этого и не знал: ни судов, ни уездных училищ, ни писарей с пирогами. На что мне все это?..

Прежнева. Да, да, я понимаю… с твоим нежным сердцем… ты такой нервный!..

Поль. Я просто не знаю, что мне делать! Выдь случай, так в карты бы обыграл кого-нибудь, не посовестился.

Прежнева. Да, в твоем положении… конечно…

Прежнев(просыпаясь). Павел, ты давно был в театре?

Поль. Недавно.

Прежнев. Кто нынче маркизов играет?

Поль. Давно уж никто не играет.

Прежнев. Я прежде хорошо маркизов играл.

Прежнева звонит. Входит лакей.

Прежнева. Вывези барина на балкон; да возьми старые газеты, почитай ему!

Лакей берет газеты и увозит Прежнева на балкон.

Поль. Вот еще мой любезный дядюшка, там он где-то председателем был, так и рассуждает свысока. Ты, говорит, многого хочешь. Скажите, пожалуйста, чего я хочу? Что это — прихоти, роскошь? Я хочу только необходимого, без чего нельзя обойтись человеку нашего круга. Кажется, ясно. Так нет, дядюшка любезный говорит: ты этого не должен желать, потому что ты не имеешь средств! Да разве я виноват, что не имею средств. Где же тут логика?

Прежнева. Какая логика, все вздор.

Поль. Ты, говорит, работай. Нет уж, слуга покорный! Что я, лошадь, что ли?

Прежнева. Дядя твой человек грубый.

Поль. Нет, maman, это драма.

Прежнева. Драма, mon cher![5]

Поль. И еще какая драма! Что там режутся, отравляются, все это вздор.

Прежнева. Знаешь что, Поль? Я думаю, тебе бы жениться.

Поль. Что ж, я непрочь жениться, да на ком?

Прежнева. Да, это вопрос! Я знаю тебя, Поль. Зачем ты так прекрасно воспитан? Зачем у тебя такая нежная душа? Ты через это будешь несчастлив в своей жизни. Тебе нет пары! Много, слишком много нужно иметь девушке достоинств, чтобы понравиться тебе и сделать твое счастье.

Поль. Вы, может быть, думаете, maman, что меня прельщает семейное счастье? Я уж не ребенок, мне двадцать один год. Что за пастораль! (Хохочет.) Мне просто нужны деньги.

Прежнева. Но, все-таки, мой друг, я знаю твой характер, я знаю, что ты не захочешь жениться на ком-нибудь.

Поль. На ком хотите. Мне нужны деньги, чтоб быть порядочным человеком, чтоб играть роль в обществе, одним словом, чтоб делать то, к чему я способен. Я наживать не могу, я могу только проживать прилично и с достоинством. У меня для этого есть все способности, есть такт, есть вкус, я могу быть передовым человеком в обществе.

Прежнева. Однако, мой друг…

Входит лакей.

Лакей. Перешивкина пришла.

Прежнева. Вечно не во-время придет.

Поль. Поговорим после, еще будет время.

Прежнева. Пусть войдет.

Лакей уходит.

Те же и Перешивкина.

Прежнева. Что ты, Устинья Филимоновна?

Перешивкина(целует Прежневу в плечо и становится сзади). Проведать, матушка, пришла, все ли вы здоровы? Я благодетелей не забываю.

Поль. А, ботвинья лимоновна, откуда тебя принесло?

Перешивкина. Какая я ботвинья лимоновна? Вы все, барин, шутите.

Поль. Она, кажется, воображает, что с ней можно говорить серьезно.

Перешивкина. У меня, матушка, знакомый человек дюми-терьмо делает…

Поль хохочет.

Ничего, смейся, батюшка, смейся надо мной, старухой… Так вот, не угодно ли купить, он мне дешево отдает. Широкий такой, добротный. Прикажете принести? В городе за эту цену не купите.

Прежнева. Принеси, я посмотрю.

Поль. А много ли ты тут, старая корга, наживешь?

Перешивкина. Уж и старая корга?

Поль. Что ж, ты, может быть, еще замуж сбираешься?

Перешивкина. Не годится вам, барин, меня, старуху, бранить, я вас на руках нянчила.

Поль. Кажется, она обижаться вздумала. Вот одолжит!

Прежнева. Оставь ее, мой друг!

Перешивкина. Ничего матушка, ничего, пусть шутит. Он уж такой шутник! Еще маленький мне как-то чепчик сзади зажег.

Поль. А, помнишь!

Перешивкина. Как не помнить! Все волосы сжег, да и лицу досталось. А вы, барин, не смейтесь надо мной; я еще, может, пригожусь вам.