Останавливаются на авансцене.
ДПВ
ДЗТ. А я — Джек Золотой Топор. А это…
ДМИ
Хором. Трое богатырей с Дальнего Севера!
ДПВ. Семь лет мы валили лес на Аляске.
ДЗТ. Зимой стояла такая стужа, что с неба падали замерзшие звезды. Мы собирали их и приносили в нашу хижину. Звезды оттаивали, и при их свете мы коротали долгую полярную ночь.
ДМИ. А летом — летом становилось немного теплей, но тогда из леса выходили голодные звери.
ДПВ. Волки…
ДЗТ. …и медведи.
ДМИ. Тогда вот он
ДПВ. Так продолжалось два года.
ДЗТ. На третью зиму в дверь нашей хижины кто-то постучался.
ДМИ. Мы открыли дверь. Это был человек, умиравший от холода.
ДПВ. Мы пытались спасти его, но его тело уже превратилось в лед.
ДМИ. Несмотря на все наши усилия, незнакомец растаял.
ДПВ. Мы начали разбирать его вещи, обнаружили почтовую сумку и поняли, что это был почтальон. У него при себе был всего один конверт.
ДЗТ. Вот он.
ДМИ. Внутри лежал рекламный проспект, в котором рассказывалось о Махагонии — городе неограниченных возможностей, городе счастья, городе, где каждый день — это праздник.
ДПВ. До этого у нас не было определенных планов. Мы валили лес просто потому, что нам это нравилось. Работа на свежем воздухе, борьба с трудностями, крепкая мужская дружба.
ДЗТ. Но после того, как мы прочли этот проспект, у нас появилась настоящая цель.
ДМИ. Махагония…
ДПВ. Мы стали валить еще больше леса, откладывать каждый доллар. Бросили пить и курить.
ДЗТ. Когда мороз становился таким сильным, что нельзя было выйти наружу, потому что подошвы примерзали к снегу, мы смотрели из окна нашей хижины на полярное сияние и оно казалось нам огнями далекой Махагонии.
ДМИ. На седьмой год, когда денег у нас оказалось так много, что в хижине стало негде спать, мы обменяли их у эскимосов на золотые самородки и покинули Аляску.
ДЗТ. Махагония должна быть где-то рядом.
ДПВ. Воздух благоухает шампанским, черной икрой и дорогими сигарами.
ДМИ. Я слышу шелест шелковых чулок и стук высоких каблуков. Отголоски женского смеха. Ветер приносит ароматы французских духов.
ДПВ. Острый запах жареного мяса и пота борцов и боксеров, сошедшихся на ринге в отчаянной схватке!
ДЗТ. Звенят монеты, брошенные на стойку бара! Грохочет шарик, мечущийся в раскрученном колесе рулетки!
ДПВ. Она совсем близко!
ДЗТ. Осталось сделать только несколько шагов!
ДМИ все это время озирается по сторонам и наконец показывает пальцем в глубину сцены.
ДМИ. Вот она!
Вспыхивает свет прожектора, озаряя ворота Махагонии.
ДПВ и ДЗТ
Сбивая друг друга с ног, бросаются к воротам.
Из ворот навстречу им появляются АБ и ТХ. Судя по всему, они все это время скрывались за воротами, подслушивая и подсматривая.
ТХ. Стоять! Документы!
Лесорубы растерянно останавливаются.
ДМИ. У нас нет документов. Наши документы — это наши честные лица, задубевшие от ветров полярного круга, и мозолистые руки, которые не оставят товарища в беде.
АБ. Молодой человек, с такими документами вы не уедете дальше ближайшего полицейского участка.
ДПВ снимает мешок и открывает его. Блеск золота.
АБ. О! А вы говорите — нет документов! С такими документами вам не нужны никакие визы! Позвольте ознакомиться…
ДПВ. Как вы узнали мое имя?
АБ. Нет ничего проще. Деньги могут рассказать о человеке все.
ДЗТ. Тогда, может быть, вы скажете, как зовут меня?
Снимает с плеча мешок и открывает его. Блеск золота.
АБ. Разумеется. Вы — Джек Золотой Топор!
(Возможно, при правильных ответах на воротах Махагонии, как в игровом телешоу, вспыхивают цветные лампочки.)
ДЗТ. Родная мать не признала бы меня быстрее!
ДМИ, не говоря ни слова, снимает мешок с плеча и тоже открывает его. Блеск золота, сильнее, чем в оба предыдущих раза.
АБ делает шаг назад и склоняется в почтительном полупоклоне.
АБ. Джим Макинтайр!
ДМИ. Что ж, если так, возможно, вам известно и то, зачем мы явились сюда?
