Мастер детективной интриги, король неожиданных сюжетных поворотов, потрясающий знаток человеческих душ, эксперт самых хитроумных полицейских уловок и даже… тонкий ценитель экзотической кухни. Пожалуй, набора этих достоинств с лихвой хватило бы на добрыйдесяток авторов детективных историй. Но самое поразительное заключается в том, что все эти качества характеризуют одного замечательного писателя. Первые же страницы знаменитого романа «Вопрос времени» послужат пропуском в мир, полный невероятных приключений и страшных тайн, — мир книг Джеймса Хедли Чейза, в котором никому еще не было скучно.В данный выпуск вошли следующие романы:Вопрос времени (роман, перевод Н. Краснослободского)Как крошится печенье (роман, перевод Н. Краснослободского)Кейд (роман, перевод Н. Краснослободского)
Вошел Бэйли, и Паттерсон оторвался от котировочного перечня акций.
— Что теперь, Джо? — недовольно спросил он. — Неужели еще одна претендентка?
— Именно так, мистер Паттерсон… еще одна. — Толстая физиономия Бэйли исказилась похотливой ухмылкой, тяжелое веко прикрыло один глаз. — Вы не пожалеете, если примете ее. — И он чуть присвистнул, как бы предвкушая удовольствие, ожидающее его босса.
Паттерсон откинулся на спинку кожаного кресла. Высокий, атлетически сложенный, лет тридцати с небольшим, с привлекательной внешностью. Многочисленные подружки Паттерсона говорили, что он похож на Дэвида Найвена, голливудскую кинозвезду, естественно, молодого Дэвида Найвена. Он с ними соглашался, и его так и подмывало отрастить себе тоненькую полоску усов, хотя они давно вышли из моды.
— И чего ты подмигнул мне, Джо? — В голосе Паттерсона слышалась враждебность.
— Подмигнул, сэр? Ну что вы… наверное, что-то попало мне в глаз, — залебезил Бэйли, тут же вспомнив, что свое обаяние Паттерсон рассыпал лишь на клиентов банка, подчиненным же оставались только нагоняи. — Мисс Шейла Олдхилл ждет, сэр.
Паттерсон задумался. Он обещал Берни Коуэну просмотреть пакет его акций и посоветовать, какие следует прикупить, а какие — продать, но стремление побыстрее найти миссис Морели-Джонсон компаньонку взяло вверх. В конце концов, подумал он, таких, как Берни Коуэн, у него дюжина, а миссис Морели-Джонсон — одна.
— Я приму ее. — Он отодвинул бумаги в сторону. И добавил, прежде чем Бэйли закрыл за собой дверь: — И выньте соринку из глаза, чтобы клиенты не подумали, что вы ведете себя слишком фривольно.
— Обязательно, сэр, — почтительно ответил Бэйли, подумав про себя: каков мерзавец.
Паттерсон положил перед собой другую папку, раскрыл ее, просмотрел записи на листке. Утром он переговорил с пятью пожилыми женщинами. Четыре из них ему не понравились, пятая, миссис Мадж Флеминг, произвела наилучшее впечатление. Пятидесяти трех лет, полненькая, веселая, с приятным голосом. Она представила безупречные рекомендательные письма: последние пятнадцать лет прослужила компаньонкой у богатой вдовы, которая недавно умерла. И теперь миссис Флеминг искала аналогичную работу. Паттерсон, которому уже наскучили эти беседы, собрался было нанять ее при условии, разумеется, что миссис Морели-Джонсон одобрит его выбор, но решил все-таки повременить с окончательным решением в надежде, что появятся новые претендентки. И пообещал миссис Флеминг, что свяжется с ней в самое ближайшее время.
Когда женщина вошла в кабинет, Паттерсон посмотрел на нее, чуть склонив голову набок, приподняв левую бровь и уткнув указательный палец правой руки в ямочку на подбородке. Эту позу он не раз репетировал перед зеркалом в ванной и полагал, что именно так должен выглядеть в глазах посетителя преуспевающий, уверенный в себе, имеющий прекрасные перспективы банковский служащий.
Бэйли закрыл за женщиной дверь, она двинулась к столу Паттерсона, а у того по коже побежали мурашки. И он встал, мгновенно осознав, что означали похотливая ухмылка и подмигивание Бэйли.
— Мисс Олдхилл? — Паттерсон указал на стул. — Пожалуйста, садитесь.
Он наблюдал, как она подошла к стулу, села. Движения неторопливые, грациозные, спокойные. Высокий рост, прямые плечи, иссиня-черные волосы. Не красавица, но лицо запоминающееся, греческий нос, большие, с поволокой, голубые глаза, твердый рот. Но не лицо или фигура участили бег его сердца. Женщина лучилась чувственностью, как стоваттная лампа, прикрытая кашемировой шалью. Он видел это не хуже Бэйли. Мисс Олдхилл, однако, спокойно смотрела на него, словно и не знала, какое впечатление производит на мужчин. И этим еще более заинтриговала Паттерсона.
Усаживаясь за стол, он уже понял, что ей не больше тридцати — тридцати двух лет. Одежда недорогая, но сшита по моде, юбка на дюйм выше колен. С того места, где сидел Паттерсон, ног женщины он не видел, но мог предположить, что оторвать от них взгляд будет сложно.
Тут до него дошло, что пауза слишком затянулась, и он поспешил перейти к делу:
— Вы пришли по нашему объявлению? — Паттерсон взял в руку золотой карандаш, подарок миссис Морели-Джонсон к прошлому Рождеству, и пододвинул к себе блокнот.
— Да.
Паттерсон чуть наклонился вперед, и в поле его зрения попали колени женщины, прижатые друг к другу, и ее руки, покоящиеся на черной кожаной сумочке. Взгляд его задержался на руках с длинными пальцами, тонкими запястьями. Сексуальные руки, подумал он и представил, как они ласкают его. От этой мысли он едва не потерял нить разговора.
— Наверное, вы прочли его не очень внимательно, — улыбнулся Паттерсон. Улыбкой своей он гордился, зная, что она неизменно располагала к нему клиентов. — Мы ищем пожилую женщину, мисс Олдхилл… и едва ли вас можно назвать таковой.
Она посмотрела на него, глаза ее не выражали никаких чувств.
