Продолжительный обморок — это нехороший симптом, и если бы я встречал у Вас Новый год, то дал бы Софье Ивановне* совет сидеть по вечерам дома, не бывать в театре, не ужинать и рано ложиться спать. Фенацетин тут ни при чем. Сытин, известный Вам книгоиздатель, тоже близок к продолжительному обмороку. Он купил имение у кн. Свияжского за 49 тыс. и уже мается. Его так запугали, застыдили и забранили, что он нервничает, не спит и уже продает свою покупку. Вчера он приезжал ко мне*, и я отговаривал его и убеждал не слушать советчиков.
Ваше письмо о Грингмуте превосходно* и имело в наших палестинах громадный успех. Вообще конец 96 года был счастливой полосой в истории маленьких писем. Я без меры люблю, когда Вы бываете либеральны, т. е. пишете то, что хотите*. Письмо насчет студенческих беспорядков тоже очень хорошо*.
Когда Вы приедете в Москву? У меня весь январь перепись, среди счетчиков я буду на манер ротного командира*. Дня по два, по три я буду урывать и уезжать в Москву*.
Низко кланяюсь Анне Ивановне, Насте, Боре и поздравляю с Новым годом.
1858. А. С. КИСЕЛЕВУ
5 января 1897 г. Мелихово.
97 5/I Лопасня, Моск. губ.
Дорогой Алексей Сергеевич, все мы сердечно благодарим Вас за память и за поздравление и в свою очередь шлем Вам и всем Вашим новогодний привет и пожелание всего лучшего.
Все мы живы и в большинстве здравствуем. У отца и матери инфлюэнца.
Когда же мы, наконец, увидимся? Нам бы как-нибудь встретиться в Москве и пообедать вместе.
Крепко жму Вам руку и еще раз благодарю за память.
P. S. Посылаемые пять рублей потрудитесь присоединить к капиталу П. А. Архангельского*.
1859. В КОНТОРУ ПЕТЕРБУРГСКИХ ИМПЕРАТОРСКИХ ТЕАТРОВ
5 января 1897 г. Мелихово.
В Контору императорских С.-Петербургских театров.
Имею честь покорнейше просить выслать мне гонорар за мои пьесы по следующему адресу: Лопасня, Московск. губ. Антону Павловичу Чехову.
1860. И. Л. ЛЕОНТЬЕВУ (ЩЕГЛОВУ)
5 января 1897 г. Мелихово.
Лопасня, Моск. губ. 97 5/I.
Милый Жан, здравствуйте! Я и моя фамилия благодарим Вас за поздравление* и в свою очередь шлем Вам новогодний привет и пожелание всего лучшего.
После 10-го мне необходимо быть в Москве, но, представьте, около 10-го начинается перепись, а я при здешних счетчиках состою чем-то вроде боцмана*. Перепись продолжится до 28-го. Трудно будет уехать, но я все-таки постараюсь урвать два-три дня*, этак около 12-15-го, и поехать в Москву, чтобы кутнуть с Вами.
Вы опять в мрачном «Кокоревском подворье»! Это Эскориал*, и Вы кончите тем, что станете Альбой. Вы юморист, по натуре человек жизнерадостный, вольный, Вам бы нужно жить в светленьком домике, с хорошенькой голубоглазой актриской, которая весь день пела бы Вам тарарабумбию, а Вы, наоборот, выбираете всё унылые места вроде Кокоревки или Студеной горы*, которая почему-то представляется мне Шлиссельбургом, и водите компанию с такими инквизиторами, как Соловьев или рыжий Фудель!
Сытин был у меня* и обещал еще раз приехать после 10-го. Вот приезжайте-ка! Все мы будем Вам очень, очень рады. Мать Вас помнит и любит, и бережет масленку (с купидоном на крышке), которую Вы подарили ей.
Что пишете? Вам бы надо перекочевать в «Вестник Европы» — туда, где Вы начали*. Это лучший журнал из всех толстых.
Будьте здоровы, милый Жан, крепко жму Вам руку и еще раз сердечно благодарю за письмо.
Переезжайте жить в Серпухов!
1861. З. В. ЧЕСНОКОВОЙ
5 января 1897 г. Мелихово.
Многоуважаемая Зинаида Васильевна, не найдете ли Вы возможным приехать к нам? Во-первых, за все праздники Вы у нас ни разу не были, и во-вторых, у нас много больных, которые нуждаются в Вашей помощи. Нездоров и я*.
Привезите с собой, если у Вас есть, 6 порошков codeini по 1/6 грана (0,01), так чтобы все шесть порошков содержали один гран.
Привезите на всякий случай и кружку. Простите, что я Вас беспокою.
На конверте:
1862. П. Ф. ИОРДАНОВУ
6 января 1897 г. Мелихово.
Лопасня, Моск. губ. 97 6/I.
Многоуважаемый Павел Федорович, посылаю два ящика книг. Из заказанных Вами книг посылаются:
1) Золя. Рим. Gratis.
2) Венгеров. Русские книги, в. I–VI. Ц. 2 р. 10 к.
С цены № 2 сделана скидка 10%.
