— Я не знаю, кто вы такой, мистер, да меня это и не интересует. Я здесь, чтобы присмотреть за ребятишками, пока миссис Смит в больнице разговаривает с копами.
— Боже мой, как это случилось?
— Его сбил какой-то негодяй и даже не остановился. Смит шел в свой клуб. Я медленно опустил трубку на рычаг, потом Долго сидел, никуда не глядя и чувствуя, что у меня по спине сбегают ручейки холодного пота. Это черт знает что за ночь!
Потом я взял себя в руки. Это нечто такое, о чем должен знать полковник. Понимая, что его уже не может быть в офисе, я позвонил ему домой.
Ответила миссис Пармелл. Она сообщила, что полковник только что уехал в Вашингтон, вернется приблизительно через неделю.
— Миссис Пармелл, — сказал я, — я — Дирк Уоллес, один из оперативников полковника… Крайне важно, чтобы я с ним связался.
— Вам придется подождать до его возвращения, — сказала миссис Пармелл таким надменным голосом, что мне стало ясно, что оперативники полковника были в ее глазах чем-то вроде пыли. — Полковник уехал по государственным делам.
И она повесила трубку.
Я подумал было о том, чтобы посоветоваться с Чиком Барли, но тут же отказался от этого намерения. Это было мое дело. Поговорить с полковником — это правильно, но больше ни с кем.
Раздевшись, я принял душ и лег в постель.
Я был уверен, что ни за что не засну, но ошибся в своих предположениях. «Прыгающая лягушка» был единственный отель в Сирле. Снаружи он выглядел таким же гостеприимным, как кастет, но, поднявшись на десять скрипучих ступенек до вестибюля, я почувствовал себя несколько увереннее.
За столом администратора сидела хорошенькая девушка со светло-русыми волосами. Она улыбнулась мне.
— Хэлло, мистер Уоллес, — сказала она, когда я подошел к столу. — Вы хотите у нас остановиться?
Это меня не удивило. В Сирле все все знали обо всех, в том числе и про приезжих.
— Таково мое намерение, — ответил я.
— Я — Пегги. Этот отель принадлежит моему отцу, и я им руковожу. Какую комнату вы хотите, мистер Уоллес? Или я могу называть вас Дирком? Мы все друзья в нашем городе.
Я внимательно рассмотрел ее. У нее была изящная фигура. И что-то такое, что подсказало, что ее не так трудно будет заманить к себе в постель.
— Разумеется.
Я тоже подарил ей дружескую улыбку.
— Какую комнату? А что у вас имеется?
— Между нами, все номера паршивые, но у нас имеется прекрасный номер-люкс для новобрачных с превосходной двуспальной кроватью.
Она метнула на меня взгляд из-под полуопущенных ресниц, они у нее были длинные, тщательно закрученные.
— Маленькая гостиная и холодильник с баром.
— Вроде бы именно это мне и нужно.
Она назвала мне стоимость, но поскольку расходы мне оплачивались, я согласился.
Она протянула мне регистрационный журнал и ткнула пальчиком, где и должен был расписаться я. Потом вышла из-за стола:
— Я вам покажу.
На ней были надеты туго обтягивающие джинсы, и я любовался ее тугой округлой попкой, идя следом за ней к лифту. Поднялись мы на второй этаж. Пегги с изящной улыбкой посматривала на меня. Если Сирлю полагалось быть «дружественно расположенным к приезжающим» местечком, Пегги, несомненно, была прекрасным пропагандистом этого правила.
Отперев дверь, она показала мне номер. Он был комфортабельным, но немного обветшалым, маленькая гостиная выходила окнами на Мэйн-стрит. Почти всю спальню занимала огромная двуспальная кровать, зато ванная была крошечной.
— Великолепно, — похвалил я, опуская на стул чемодан.
Она присела на кровать и подпрыгнула.
— Пружины не скрипят, — сообщила она и хихикнула.
Как я и предполагал, это было открытое приглашение, но поскольку я не отреагировал, Пегги поднялась и прошла в гостиную.
— Выпейте за приезд, — сказала она, подходя к встроенному холодильнику. — Скотч?
— Только если вы составите мне компанию.
— Я предпочитаю джин.
Пока она готовила питье, она неумолчно говорила:
— Вам понравится здешняя еда. Больше нигде не питайтесь. Наша кухарка настоящая мастерица.
Она протянула мне бокал, махнула своим, как будто чокаясь, и стала пить. Вздохнув, она улыбнулась:
— В это время дня мне необходимо выпить. Однако папа этого не одобряет.
— Каждый работающий человек нуждается в выпивке в 11.30 утра, — изрек я, пробуя скотч. Он мне показался хорошим.
— Говорят, что вы частный сыщик, — заговорила она. — В этой дыре у нас мало удовольствий. Правда ли, что вы разыскиваете Джонни Джексона?
Чувствуя, что беседа может оказаться длинной, я сел и пригласил ее занять другое кресло.
— Этот бокал меня освежил, — заявила она и, вильнув своим округлым задом, наклонилась к холодильнику. Я поразился, увидев, что она все выпила.
Наполнив заново бокал, Пегги уселась.
— В отношении Джонни Джексона, верно?
— Да.
— Разве не ужасно, что старый Джексон застрелился?
— Такое случается.
— Да, по-видимому. Старикам не слишком весело жить на свете, верно?
— Кому как.
— Я не хочу быть старой.
Она взяла свой стакан и выпила.
— Этого не избежать… Вы знали Джонни Джексона?
— Я ходила вместе с ним в школу.
Она красноречиво посмотрела на меня, потом фыркнула:
— Мне его не хватает. Все девчонки бегали за ним, но он обращал внимание только на меня.
