Имена авторов, ни мое, ни чье-либо другое, указываться не будут: каждый номер будет выходить без подписи и весь в целом будет выражать общий дух и направленность еженедельника, заключающиеся в том, чтобы поддерживать обездоленных и способствовать общему улучшению социальных условий. Ваша скромность вряд ли позволит Вам представить себе, сколь высоко я ценю Вашу помощь, и я совершенно уверен в том, что даже самые незначительные плоды Ваших наблюдений и раздумий о жизни, Вас окружающей, привлекут внимание и принесут пользу.
Разумеется, я сознаю, как ценно для Вас время, и не забываю об этом, когда спрашиваю, можете ли Вы уделить часть его для нашего дела. Если Вы сможете и предпочтете побеседовать со мной лично, я с радостью приеду на несколько часов в Манчестер и подробно отвечу на все Ваши вопросы. Огромное искреннее восхищение, которое вызвала во мне Ваша книга, делает меня очень настойчивым в отношении Вас. Поэтому прошу извинить меня за беспокойство и верить, что я остаюсь навсегда преданным Вам.
Миссис Диккенс и ее сестра просят передать привет. Я бы хотел знать, что Вы сделали со своей protege[205].
МАЛИНОВКА[206]. С таким эпиграфом из Гольдсмита: «Малиновка, известная своей любовью к роду людскому, живет с нами круглый год…» (
Мой дорогой юный друг!
Вы знаете, что мой ответ на Ваше письмо, как обычно, будет кратким, не потому, что письма Ваши не вызывают во мне искреннего, глубокого интереса, а лишь потому, что мне ежедневно приходится писать множество писем.
Настроение Ваше, о котором Вы мне пишите, нездорово и, я думаю, неестественно, однако средство от него весьма просто и доступно каждому из нас. Это — действие, помощь, желание быть полезным, делать добро окружающим хотя бы в малом, быть чем-то занятым. В жизни каждого человека, сколь бы ни была она тиха и однообразна, достаточно возможностей для проявления деятельного сочувствия, жизнерадостной помощи. Я смиренно верю, что именно таким путем следует приближаться к богу, и тем обретать надежду и душевный покой. Мир вокруг нас не сон, а явь, и мы — основная часть этого мира, и именно поэтому мы должны в нем действовать. Болезненные занятия, подобные Вашим: уход в мир книг (пусть даже хороших), меланхолическое созерцание здесь не нужны. В мире есть свои устои и свои награды. Выйдите в мир, окружающий Вас, каким бы просторным или узким он ни был. Будьте отзывчивы, не только в мыслях Ваших, а на деле. Старайтесь тысячью разных способов сделать так, чтобы люди любили Вас и чтобы им не хватало Вас, случись Вам умереть, и тогда, верьте, жизнь Ваша станет счастливой.
Прошу Вас, будьте тверды. Доставьте мне великое удовлетворение в один прекрасный день убедиться, что переписка, которую Вы завели со мной, принесла пользу и что теперь у Вас на сердце стало гораздо легче и веселее, чем в ее начале.
Верьте, верьте в реальность жизни и не допускайте, чтобы Ваша собственная жизнь, в которой — как и в каждой жизни — есть свой смысл, пролетела бы впустую, пока Вы мрачно размышляли над ее тайнами.
Таинственная жизнь не здесь, а далеко в небесах. Выполнять свой долг значит готовиться к ней. Наш Спаситель не сидел, праздно сложив руки и размышляя, — он трудился и творил добро. В своем маленьком домашнем мирке Вы можете сделать столько же добра, сколько император в своих владениях.
Всегда преданный Вам.
Дорогой Найт!
Разрешите самым сердечным образом поблагодарить Вас за любезное и лестное упоминание обо мне в Вашей талантливой брошюре. Это очень тронуло меня, и я рад от души.
