Манюшка вбегает, подает папиросы Ивановой. Пауза.
Холодно на дворе?
Мадам Иванова. Да.
Аметистов. У нас сюрприз — модели привезли из Парижа.
Мадам Иванова. Это хорошо.
Аметистов. Изумительные!
Мадам Иванова. Ага…
Аметистов. Вы в трамвае приехали?
Мадам Иванова. Да.
Аметистов. Много народу, наверно, в трамвае?
Мадам Иванова. Да.
Пауза.
Аметистов. У вас погасла… спичечку…
Мадам Иванова. Спасибо.
Аметистов
Властный звонок.
Он! Узнаю звонок коммерческого директора! Великолепно звонит! Открывай, потом лети, переодевайся, Херувим будет подавать!
Херувим
Манюшка. Батюшки! Гусь!
Аметистов. Зоя! Гусь! Принимай, я исчезаю.
Входит Гусь.
Зоя
Гусь. Здравствуйте, Зоя Денисовна, здравствуйте.
Зоя. Садитесь сюда, здесь уютнее… Ай-яй-яй, какой вы нехороший! Сосед, близкий знакомый, хоть бы раз зашел…
Гусь. Поверьте, я с удовольствием, но…
Зоя. Я шучу, я знаю, что у вас дела по горло.
Гусь. И не говорите, у меня прямо бессонница.
Зоя. Бедненький, вы переутомитесь, вам надо о аз впекаться.
Гусь. О том, чтобы я развлекался, не может быть и речи.
Зоя. Мастерская вам обязана своим существованием.
Гусь. Ну, это пустяки! Кстати о мастерской. Я ведь к вам отчасти по делу, только это между нами. Мне нужен парижский туалет. Знаете, какой-нибудь крик моды, червонцев так на тридцать.
Зоя. Понимаю. Подарок?
Гусь. Между нами.
Зоя. Ах, плутишка, влюблен! Ну, сознавайтесь, влюблены?
Гусь. Между нами.
Зоя. Не бойтесь, не скажу супруге. Ах, мужчины, мужчины! Ну хорошо, мой администратор покажет сейчас вам модели, и вы выберете все, что вам нужно. А потом будем ужинать. Сегодня вы мой, и я вас не выпущу.
Гусь. Мерси. У вас есть администратор? Посмотрим, какой у вас такой администратор.
Зоя. Сейчас вы его увидите.
Аметистов
Гусь. Это вы мне про лучи?
Аметистов. Вам, глубокоуважаемый Борис Семенович. Позвольте представиться — Аметистов.
Гусь. Гусь.
Аметистов. Желаете иметь туалетик? Доброе дело задумали, глубокоуважаемый Борис Семенович. Могу вас уверить, что такого выбора вы нигде в Москве не встретите. Херувим!
Появляется Херувим.
Гусь. Позвольте, это же китаец!
Аметистов. Точно так, китаец, с вашего благословения. Не обращайте на него внимания, почтеннейший Борис Семенович. Обыкновенный сын небесной империи и отличается только одним качеством — примерной честностью.
Гусь. А зачем же китаец?
Аметистов. Преданный старый мой лакей, драгоценнейший Борис Семенович. Вывез его я из Шанхая, где долго странствовал, собирая материалы.
Гусь. Это замечательно. Для чего материалы?
Аметистов. Для большого этнографического труда. Впрочем, я как-нибудь после расскажу о своих скитаниях, глубочайше уважаемый Борис Семенович. Вы прямо будете рыдать. Херувим, дай нам чего-нибудь прохладительного.
Херувим. Цицас.
Аметистов. Прошу.
Гусь. Это шампанское? Замечательно вы поставили дело, гражданин администратор!
Аметистов. Же пане! Поработав у Пакэна в Париже, можно приобрести навык.
Гусь. Вы работали в Париже?
Аметистов. Пять лет, любезный Борис Семенович. Херувим, можешь идти.
Гусь. Вы знаете, если бы я верил в загробную жизнь, я бы сказал, что он действительно вылитый херувим.
Аметистов. А глядя на него, невольно уверуешь! Ваше здоровье, достопочтеннейший Борис Семенович! А также здоровье вашего треста тугоплавких металлов, ура! Ура и ура! Нет, нет, до дна, не обижайте фирму!
Гусь. У вас хорошо поставлено дело.
Аметистов. Миль мерси. Итак, она блондинка, брюнетка?
Гусь. Кто?
Аметистов. Пардон, пардон… Та уважаемая особа, для которой предназначается туалет?
Гусь. Между нами, она светлая брюнетка.
Аметистов. У вас есть вкус. Прошу еще бокальчик, а также попрошу вас привстать. К этой визитке светлая брюнетка сама просится. Гигантский вкус у вас, Борис Семенович! Херувим!
Херувим появляется.
Попроси маэстро, а также мадемуазель Лизу.
Херувим. Цицас.
Входит Абольянинов.
Аметистов. Конт Абольянинов!
Абольянинов садится к роялю.