Певцы слепого наслажденья,Напрасно дней своих блажныхПередаете впечатленьяВы нам в элегиях живых,Напрасно девушка украдкой,Внимая звукам лиры сладкой,К вам устремляет нежный взор,Начать не смея разговор,Напрасно ветреная младостьЗа полной чашею, в венках,Воспоминает на пирахСтихов изнеженную сладостьИль на́ ухо стыдливых девИх шепчет, робость одолев;XII
Несчастные, решите сами.Какое ваше ремесло;Пустыми звуками, словамиВы сеете разврата зло.Перед судилищем ПалладыВам нет венца, вам нет награды,Но вам дороже, знаю сам,Слеза с улыбкой пополам.Вы рождены для славы женской,Для вас ничтожен суд молвы –И жаль мне вас… и милы вы;Не вам чета был гордый Ленской:Его стихи, конечно, матьВелела б дочери читать.В черновике последняя строфа сопровождалась примечанием:
La mère en prescrira la lecture à sa fille.[45]
Стих сей вошел в пословицу. Заметим, что Пирон (кроме своей «Метромании») хорош только в таких стихах, о которых невозможно и намекнуть, не оскорбляя благопристойности.
К приведенным строфам примыкает еще одна, сохранившаяся только в черновике:
Но добрый юноша, готовыйВысокий подвиг совершить,Не будет в гордости суровойСтихи нечистые твердить;Но праведник изнеможенный,К цепям неправдой присужденный,В свою последню ночь в тюрьмеС лампадой, дремлющей во тьме,Не склонит в тишине пустыннойНа свиток ваш очей своихИ на стене ваш вольный стихНе начертит рукой безвинной,Немой и горестный приветДля узника грядущих лет.Строфа XIV. В беловой рукописи строфа имела следующее примечание:
Собою жертвовать смешно.Иметь восторженные чувстваПростительно в шестнадцать лет;Кто ими полон, тот поэтИль хочет высказать искусствоПред легковерною толпой.Что ж мы такое?.. боже мой!..За этим следовало:
Сноснее, впрочем, был Евгений:Людей он просто не любилИ управлять кормилом мненийНужды большой не находил,Не посвящал друзей в шпионы,Хоть думал, что добро, законы,Любовь к отечеству, права –Одни условные слова.Он понимал необходимость,И миг покоя своегоНе отдал бы ни для кого,Но уважал в других решимость,Гонимой славы красоту,Талант и сердца правоту.После строфы XVI в черновой рукописи было:
От важных исходя предметов,Касался часто разговорИ русских иногда поэтов.Со вздохом и потупя взорВладимир слушал, как ЕвгенийВенчанных наших сочинений,Достойных… похвалНемилосердно поражал.Строфа XVII.3 Вместо стихов 4-14 в беловой рукописи:
Онегин говорил об них,Как о знакомцах изменивших,Давно могилы сном почившихИ коих нет уж и следа.Но вырывались иногдаИз уст его такие звуки,Такой глубокий чудный стон,Что Ленскому казался онПриметой незатихшей муки.И точно: страсти были тут,Скрывать их был напрасный труд.За этими стихами в этой же рукописи – еще три строфы:
