Дон Грегорио. Я просто с досады убил бы себя. Никогда не привыкши притворяться, мне кажется, что все воображают какой-то секрет. Этот тоже хотел войти в мою комнату!.. Нет, нечего терять времени; как только потемнеет, сей же час ее вывесть. Нет никакой надежды устроить это дело.
<p>Явление XII</p>Леонарда и дон Грегорио.
Леонарда. Слуга ваша, дон Грегорио. Вы очень заняты?
Дон Грегорио. Нужно не дать подозрения. (Вслух). Нет, напротив…
Леонарда. К чему, к чему это! Без церемонии!
Дон Грегорио. Я говорю вам…
Леонарда. Со мною вы не имеете времени говорить.
Дон Грегорио. Вы ошибаетесь…
Леонарда. Я это знаю, я это знаю… Я старуха.
Дон Грегорио. Я никогда…
Леонарда. Но кто, например, молод…
Дон Грегорио. Что такое вы говорите?
Леонарда. Где тонко, тут и рвется.
Дон Грегорио. Как так?
Леонарда. А кто дольше пождет, тот после возьмет.
Дон Грегорио. То-есть, Леонарда?…
Леонарда. Ничего.
Дон Грегорио (с сердцем). Провались ты! (Про себя). Даже странно, право: все со всех сторон доезжают меня. Дьявол! Кончится ли это? (Уходит).
Леонарда. А, попался! Ты, наконец, уничтожен! Ты уничтожен! (Убегает).
<p>Действие третье</p><p>Явление I</p>Комната дон Грегорио.
Дон Грегорио, Энрико и Джильда.
Дон Грегорио (весь о волнении, прохаживаясь взад и вперед). Если б вы знали, как я весь дрожу!.. Провались сам Вакх!
Джильда. Ради бога, пустите меня, я уйду!
Дон Грегорио. Но как хотите вы это сделать? Теперь это невозможно!
Джильда. Клянусь, я умру с тоски. (Приставляя ухо). Вон он! Я слышу, это его голос… Бернардин мой!
Дон Грегорио. Это невозможно, это дело воображения: окна мои обращены совершенно в противоположную сторону.
Джильда. Да, я слышу плач его…
Энрико. Исполните ее просьбу!
Дон Грегорио (с сердцем). Когда и вы еще с своей стороны принимаетесь говорить то же, то достойны, чтоб я вам на это отвечал рифмою. Как это сделать, когда дверь залы отперта для всех, и когда слуги уходят и приходят беспрестанно! Я уже вам сказал, что у маркиза этот вечер, кажется, огонь в ногах. Два раза встретил я его, как он всходил взад и вперед по лестнице, то в гардероб, то в библиотеку. Кажется, что этот вечер дьявол нашептывает ему на уши. Что̀ бы могло произойти, если б он увидел выходящую из моей комнаты женщину в этот час! За кого он примет ее? Боже сохрани!
Джильда (плача). Итак, бедное невинное дитя должно умереть от голоду? Сын мой, Бернардин мой, милый Бернардин мой, тебе отказывают в пище, которую зверям, даже самым презреннейшим творениям, природа дает в груди матери.
Энрико. Мое сердце разрывается.
Дон Грегорио. Не бойтесь, от этого он не умрет. Здесь вы безопасны; но, рискуя открыть себя, вы погубите себя, своего мужа…
Джильда (в тоске). Бернардин мой, сын мой!.. Нет, это не мать твоя, нет, это не я отказываю тебе в пище! Мать твоя терзается больше, чем ты. О боже!.. Тоска!.. Бешенство!.. Нет, я не могу. (Вырывается). Пустите! пустите! Происходи, что хочет, — я слышу, он плачет… Пустите меня, или я закричу, я стану кричать.
Дон Грегорио. Вы сумасшедшая!
Джильда. И потому пустите меня!
Дон Грегорио. Теперь возись с этой!..
Энрико. Милый дон Грегорио!
Джильда. Если только есть у вас сердце в груди…
Дон Грегорио. Но если…
Джильда. Если б вы знали когда-нибудь, что такое любить свое дитя…
Энрико. Милый дон Грегорио!
Дон Грегорио. Что должен я…
Джильда. Ради этих слез матери…
Дон Грегорио. Но как, как хотите вы, чтоб я сделал? Будет просто гибель.
Энрико (приближаясь к Джильде). Бедная Джильда!
Джильда (в тоске). Несчастное невинное творение!
Дон Грегорио. Я чувствую, разрывается мое сердце…(Думая). Здесь нет другого средства… Пусть говорит, что хочет, свет. Дело идет о любви матери… о помощи двум несчастным…
Джильда. Итак…
Энрико. Милый дон Грегорио!
Дон Грегорио. Вы ничего не умеете говорить, как только: дон-Грегорио, дон Грегорио!.. (В отчаянии). Что вы мне наделали! Постойте… Нужно будет… Но вы хотите иметь своего сына?
Джильда. Да, от самого утра он не имел никакой пищи. Я слышу плач его, в доме никого нет кроме Маделины, бедной старухи, которая больна. Из сострадания, из человеколюбия я прошу у вас сына!
Дон Грегорио (ударивши себя по лбу). О боже! что я принужден делать! (Про себя). Но как же сделать это иначе? как? (Вслух). Первый этаж?
Джильда. Да.
