Франц приникает к окну. Марфа Фирсовна тоже склоняется, чтобы посмотреть наружу. Короткая пауза.
Марфа Фирсовна(тихо и счастливо). Мой Никита идет.
Франц. Кто там идет?
Марфа Фирсовна. Без вести пропавший.
Гуго. Два солдат. Русский солдат.
Марфа Фирсовна. Не русский. А другой не солдат — он санчасть.
Франц. Ты знаешь — кто это они?
Марфа Фирсовна. Знаю. Они не русские. Они немцы. Они были тут в избе, молоко с хлебом пили. Я-то уж их знаю…
Гуго. Они русские. Шинель русский, шаг русский…
Марфа Фирсовна. Они — немцы, шпионы. Это они нарочно в русских оделись.
Гуго(вглядываясь внимательно). Один мало убитый, раненый нога. Другой нет, сам идет.
Марфа Фирсовна(она стоит возле окна позади немцев; ей плохо видно из-за них; теперь она видит и на мгновение забывается от горя). Никита!.. Тебя ранили…
Франц. Это вредный старук — русский шпион.
Франц и Гуго направляют свои карабины наружу, за окно. Краткая пауза.
Марфа Фирсовна(громко и резко, как немцы). Хальт!
Немцы автоматически оглядываются на Марфу Фирсовну.
(В то же мгновение Марфа Фирсовна откидывает ногой, зацепив ею за кольцо, крышку подполья, прыгает вниз, — и слышен ее голос из подполья). Говорит Старая Гора! Здесь немцы. Откройте огонь из пушек. Стреляйте скорей по Старой Горе!
Франц. Телефон! Это шпион старук!
Гуго. Весь русский народ — шпион, партизан.
Франц(выхватывает клинок, Гуго делает то же). Убей народ! (Жест в сторону окна). Этих потом. Их убьют сейчас русские пушки. Этот старук хуже всех солдат… (С внезапной догадкой). А зачем ей убивать русских, Гуго?
Гуго. И нас сейчас убьют русские пушки.
Голос Марфы Фирсовны. Не открывать огонь. Не открывать огонь по старой Горе! Не надо, нет. Немцев нету. Они отошли.
Немцы поняли, но они в испуге и недоумении. Они склоняются над открытым подпольем. Затем с клинками в руках они становятся — один у окна, другой возле подполья, но не на виду.
Франц(шепотом). Страшный старук! Стрелять в нее нельзя. (Указывает на окно). Там русским слышно. Стрелять в русских нельзя — старук в телефон пушкам скажет.
Гуго. Можно. Я стреляй солдат. Ты убивай старук.
Голос Марфы Фирсовны. Огонь по Старой Горе! Огонь по Старой Горе! Опять немцы тут.
Франца и Гуго оставляет их самообладание.
Франц. Зачем ты по-русски сказал? Здесь живет злой, великий старук! (Бросается на Гуго с обнаженным клинком). Теперь смерть нам будет сейчас! Я фрау и фюрер люблю. Я жизнь хочу с победой… Ты изменник, солдат! Зачем сказал по-русски? (Замахивается клинком на Гуго).
Гуго, защищаясь, хватает Франца за руку, в которой тот держит клинок.
Голос Марфы Фирсовны. Я бы и по-немецки угадала…
Франц. Ты схватил руку германского унтер-офицера. Сдавайся!
Гуго(всаживает свой клинок в грудь Франца, тот валится на пол). Умирай по-немецки, молча. Это вы привели меня в смерть. (Прислушивается). Сейчас будет залп. (Бросает на пол клинок). Прощай, старук! И ты там умрешь.
Голос Марфы Фирсовны. Прощай!.. Ложись, сынок, на пол: бежать-то не успеешь.
Гуго ложится на пол вниз лицом. В окне показывается лицо Никиты.
Никита. Мама!
Короткая пауза.
Голос Марфы Фирсовны. Иди ко мне, Никитушка. Я в подполье сижу и выбраться сама отсюда не могу. У меня руки заняты.
Никита. Сейчас, мама!
Никита входит в избу, он ранен в ногу, его поддерживает и помогает ему идти Прохожий красноармеец, санитар.
Прохожий красноармеец. Привел тебе сына, мамаша… А ты где сама-то?
