Соня. Да оставь, Наташа! Ну полно, мы уложим.
Васильич. Эх, барышня!..
Входит Слуга, начинает помогать.
Соня. Да полно, Наташа! Я вижу, ты права, да вынь один верхний!
Наташа. Не хочу! Петька! Петька!
Вбегает Петя в военной форме.
Да жми же, Петька!
Петя (
Наташа. Васильич! Нажимай!
Крышка ящика закрывается. У Наташи брызнули слезы из глаз. Буфетчик, Слуга, Петя и Наташа уходят с вещами. Васильич также. Дверь из передней открывается, и входит Почтенный камердинер с Маврой Кузьминишной.
Мавра Кузьминишна. К нам пожалуйте, к нам. Господа уезжают, весь дом пустой.
Почтенный камердинер. Да что, и довезти не чаем. У нас и свой дом в Москве, да далеко...
Мавра Кузьминишна. К нам милости просим... А что, очень нездоровы?
Почтенный камердинер. Не чаем довезти. (
Выходит, за ним Мавра Кузьминишна. Соня смотрит в окно, потом убегает.
Граф (
Входит Васильич.
Ну что, все готово?
Васильич. Хоть сейчас ехать, ваше сиятельство.
Граф. Ну и славно, и с богом!
Васильич выходит. Бледный офицер появляется в сопровождении Денщика.
Бледный офицер. Граф, сделайте одолжение... Позвольте мне... Ради бога... где-нибудь приютиться на ваших подводах. Здесь у меня ничего с собой нет... Мне на возу, все равно...
Денщик. Ваше сиятельство!..
Граф. Ах да, да... Я очень рад... Васильич! Васильич!
Входит Васильич.
Ты распорядись. Ну там очистить одну или две телеги... Ну там... что же, что нужно...
Майор (
Граф. Ах да... Вы, господа... Я очень рад... Да... Да... Васильич!
Васильич. Пожалуйте уж, ваше сиятельство, сами. Как же прикажете насчет картин?
Граф. Ну что же, можно сложить что-нибудь... (
Через некоторое время вбегает Матрена Тимофеевна и бросается в диванную.
Матрена Тимофеевна (
Графиня. А? Что? А?..
Матрена Тимофеевна. Марья Карловна очень обижены...
Графиня. Почему m-me Schoss обижена?
Матрена Тимофеевна. А ее сундук сняли с подводы!
Графиня. Что?..
Матрена Тимофеевна. А то, ваше сиятельство, что подводы развязывают! Добро снимают... Набирают с собой раненых... Граф, по простоте, приказали забрать. А барышниным летним платьям нельзя здесь оставаться...
Графиня. Граф, граф...
Матрена Тимофеевна. Одною минуточку... (
Через некоторое время входит в диванную Граф, а Наташа, шмыгнув за ним, подслушивает, что происходит в диванной.
Графиня. Что это, мой друг, вещи снимают?
Граф. Знаешь, ma chère, я вот что хотел тебе сказать... ma chère, графинюшка... Ко мне приходил офицер... Просят, чтоб дать несколько подвод под раненых. Ведь это все дело наживное; а каково им оставаться, подумай? Знаешь, думаю, право, ma chère, вот, ma chère... пускай их свезут...
Графиня. Послушай, граф, ты довел до того, что за дом ничего не дают, а теперь и все детское состояние погубить хочешь. Я, мой друг, не согласна! Воля твоя. На раненых есть правительство! Посмотри, вон напротив у Лопухиных еще третьего дня все дочиста вывезли. Вот как люди делают! Одни мы дураки. Пожалей хоть не меня, так детей.
Наташа (
Графиня. Что с тобой? Кто они? Что тебе надо?
Наташа. Раненые, вот кто! Это нельзя, маменька! Это ни на что не похоже! Маменька, это не может быть!
Графиня. Ах, делайте, как хотите! Разве я мешаю кому-нибудь?
Наташа. Маменька, голубушка, простите меня!
Графиня. Mon cher, ты распорядись, как надо... Я ведь не знаю этого...
Граф (
Наташа. Папенька, маменька, можно распорядиться? Можно? (
Граф уходит. Выходят Соня, одетая в дорогу, и Горничная.
Соня. Это чья же коляска-то?
Горничная. А вы разве не знали, барышня? Князь раненый. Тоже с нами едут.
Соня. Да кто это? Как фамилия?
Горничная. Самый наш жених бывший. Князь Болконский. Говорят, при смерти.
Соня (
Графиня (
Соня. Наташа не знает еще, но он едет с нами.
Графиня. Ты говоришь, при смерти? (
Наташа (
Графиня. Ни о чем. Готово, так поедем.
Наташа (
Соня. Ничего нет.