Когда они ушли, Ли чуть не бегом бросился к бару и налил себе второй бокал. Выпив залпом, он налил еще и только тогда повернулся ко мне. Он содрогнулся всем телом, вращая кубики льда в своем бокале. Наконец, подняв голову, он уставился на меня:
— Ты им солгал, Дог, верно?
Осушив свой бокал, я подошел к бару, чтобы налить себе еще.
— Да.
— Ты их видел там… этого, с расквашенным лицом… и того, другого…
В молчаливом тосте я поднял свой бокал: «Черта рыжего, приятель. Это моя работа».
Звонок будет, я это знал, поэтому сидел и ждал его. Он раздался в десять минут четвертого. Я сказал Чету Линдену ждать меня в закусочной-автомате на Шестой авеню. Он говорил устрашающе ровным голосом, и это меня взбесило.
Какого черта они не отвяжутся от меня? Было бы понятно, если б я был какая-то неизвестная величина для них. Идиоты знают, чем все кончится, если они допекут меня. Если ты прошел огонь и воду и медные трубы, то никогда и никому не позволишь преградить тебе дорогу. Об этом красноречиво говорит куча надгробных камней вдоль этой дороги.
За столиком в глубине зала сидели Чет и Блэки Сондерс, мокрушник из Трентона. Они попивали кофе, поджидая меня. Снаружи на стреме стоял еще один хмырь, делая вид, что рассматривает витрину соседнего магазина. Я притворно чихнул, прикрыв лицо платком и, незаметно подойдя, уткнул дуло моего револьвера ему в бок.
— Пойдем-ка к остальным, приятель.
Надо сказать, что он и глазом не моргнул, только пожал плечами и покорно направился к двери. Когда мы вошли, Блэки хотел было встать, но Чет остановил его движением руки и кивнул мне, как ни в чем не бывало.
— Кофе? — спросил Чет.
Пропустив мимо ушей его предложение, я спросил:
— Что за детские игры? А Блэки прихватил по привычке?
Подручный головорез Чета уставился на меня, прямо- таки готовый сорваться с цепи. Пусть бы только попробовал.
Чет ответил:
— Он здесь по другому делу.
— Хорошо, если это так. Надеюсь, ты ему рассказал обо мне.
— Блэки в курсе.
— Что-то незаметно, чтобы информация произвела на него должное впечатление.
— Мне плевать на любую информацию, — рявкнул Сондерс.
— Если тип вроде тебя, Блэки, встречается со мной в первый раз, обычно для него это бывает и последним разом.
— У него пушка в руке, — сообщил мой сосед.
Чет с отвращением глянул на него и обратился ко мне:
— Остынь, Дог. Я только хотел поговорить.
— Весь внимание, малыш.
— Мы видели Маркхэма и Брайди.
— Ну и как?
— Любишь ты затейливый гарнир к основному блюду.
— Почему бы нет? — усмехнулся я. — Убийство на меня не навесят. Как только полиция проверит послужной список этих уголовников, они потеряют ко мне всякий интерес.' Их устраивает внутренняя разборка. Прибыльная вещь для похоронных бюро и цветочных магазинов, да и полиции меньше работы.
— Я понимаю простое, чистое убийство, но это — словно приглашение к войне.
— Попал в точку, Чет. Так оно и есть. Хочется надеяться, что Турок спокойно воспримет это как предложение оставить меня в покое.
— Турок ничего не воспринимает спокойно.
— Тогда я приведу в действие соответствующий механизм.
— Ни хрена ты не приведешь! Вот этого мы и боялись.
— Нечего на меня бочку катить, не я это начал. Я не спущу никому, кто попытается наступить мне на хвост. Это и к Турку относится. Есть один любопытный момент, однако. Такая серьезная работа не совсем по зубам этому жирному каплуну.
— Может, кто-то использует его как прикрытие?
— Я уже думал об этом.
— Почему?
Не дождавшись ответа, Чет отрезал:
— В пашем деле в отставку не уходят.
— Я ушел.
— Ты только думаешь, что ушел. Уйти из нашего дела значит умереть.
— Да, так говорят, но я решил стать исключением.
Чет отхлебнул из своей чашки, отдал ее Блэки и велел принести горячего свежего кофе. Вместе с ним он отослал и другого парня. Когда они ушли, Чет сообщил:
— Я тут звонил, Дог, в разные места. Получается интересная картина.
— Какая?
— Почему-то три разных международных синдиката не находят себе места оттого, что ты ушел со сцены.
— Я слишком много знаю.
— Все много знают, — возразил он. — И никого это не колышет.
— Выражайся яснее, Чет.
— Совсем другое дело — иметь доказательства.
— Вот оно что, — буркнул я. — Ты имеешь в виду то, что всплывет в случае моей гибели?
— Что-то в этом роде.
— Тогда зачем было подсылать Брайди и Маркхэма?
Блэки вернулся со своим приятелем и поставил чашки на стол. Размешав сахар и молоко, Чет отодвинул чашку.
— Может, они не собирались тебя убивать, а хотели прихватить с собой, чтобы выжать из тебя информацию.
Эта парочка — такие рукодельники, кого хочешь разговорят.
— На этот раз не на того нарвались.
— Ав следующий раз?
— Говори о деле, Чет. Мне этот треп уже надоел.
— Нас это тоже касается, Дог. Если ты заговоришь, ты поставишь под удар всех нас, а своя рубашка ближе к телу, как ты знаешь.
— Вот почему ты приволок своего убивца.
— У нас есть кому привести приговор в исполнение. Ты не всех знаешь.
— Воняют они одинаково.
— Жалею, что не проголосовал с остальными, — злобно прошипел Чет.
