— С тобой все в порядке? — спросил я.
Она помолчала, медленно повернула голову, и уголок ее улыбающегося рта дернулся. В глазах был необычный блеск. Взяв за руку, я подвел ее к креслу и усадил.
— Подожди здесь.
Включив газовую плиту на кухне, я поставил чайник на горелку и, пока он грелся, разобрал свой револьвер, заменил ствол, а старый, вместе со стреляной гильзой, закопал в песок. К этому времени чайник закипел, и я приготовил кофе.
Шейла сидела на своем месте, не шевелясь. Мне это не очень понравилось. Секунд десять я держал перед ней чашку с кофе, прежде чем она немного пришла в себя и, слабо кивнув головой, взяла чашку и поднесла ее к губам.
Поняв, что она не скоро оправится, я пил свой кофе, изучая ее лицо.
Возможно, тела уже обнаружены, размышлял я. А может, и нет. Вряд ли этой дорогой кто-нибудь воспользуется до утра, когда подвезут провизию и прочее. Я стрелял из закрытой машины и даже немного повременил, прежде чем уехать. Тревоги никто не поднял, скорее всего, выстрел не был слышен. Ни один из бандитов не успел издать и звука.
Завтра мне заменят стекло и передние шины на взятом напрокат автомобиле, и таким образом я выиграю время. Но что делать со свидетелем, сидевшим напротив меня в полном оцепенении? Неизвестно, заговорит она или нет, но достаточно увидеть ее в таком состоянии. Это будет полная катастрофа.
Шейла допила кофе, и я вынул чашку из ее пальцев.
— Пойдем, Шейла. — Взяв ее под руку и прихватив лампу, я повел ее наверх, в единственную комнату, которую я более или менее оборудовал для жилья. Поставив лампу, я откинул одеяло. Шейла стояла посередине комнаты, уставившись в стену, и все так же улыбалась слабой и отсутствующей улыбкой.
Раздеть ее не составляло труда. Я расстегнул молнию на спине, и платье упало к ногам. На ней ничего не было, кроме туфель. Подняв на руки, я уложил ее в кровать, укрыл одеялом и убрал прядки волос, упавшие ей на лицо.
— Бедная девочка, — сказал я тихо.
Блеск глаз слегка затуманился, веки опустились, линия рта смягчилась, и дыхание стало размеренным. Она уснула.
В специальных выпусках местные газеты рассказывали о событиях прошедшей ночи. Первые полосы пестрели фотографиями и сообщениями о тройном убийстве. Жертвы были быстро опознаны. Все трое принадлежали к банде братьев Гвидо, но мотивы убийства были не ясны. Согласно предварительной версии банда Гвидо контролировала профсоюзную тактику на побережье, а предстоящее расширение заводов в Линтоне, возможно, вызвало их особый интерес. Местная полиция работала в контакте с нью-йоркскими ведомствами, надеясь на скорое завершение расследования.
Черта с два!
Остальные полосы были заполнены описаниями вчерашнего приема, деятельности съемочной группы и светской хроникой. Даже нью-йоркские газеты не обошли вниманием студию Кейбла, и хотя «Плоды труда» была не ахти какая книга, рекламу она получила отменную.
Позвонив Чету Линдену, я рассказал ему о вчерашнем, после чего он посоветовал мне исчезнуть.
— Приятель, на меня и так жмут со всех сторон, не хватало еще гадостей от тебя. Разве я тебя не предупреждал, что может случиться, если меня не оставят в покое, но ты не послушал. Если ты откажешься меня выручить, я объявлю войну вам всем без разбора.
— Мы этого не потерпим, Дог, — ответил он холодным бесстрастным голосом.
Я тоже не лыком шит, меня так просто не запугаешь. А в подтверждение — шестеро жмуриков на моем счету, а считать и Чет умеет.
— Другого выхода нет, Чет. Надо сделать.
— О’кей. Где машина? — ответил он с нескрываемым возмущением.
— У них есть отпечатки шин, так что поставь шины той же марки, и прокатная фирма не заметит. Пусть заменят стекло, вымоют днище и погоняют машину по округе, чтобы набрать земли не такой, как возле гостиницы, и поставьте машину на место. Кстати, Чет, не пробуй подложить в машину хлопушку. Мы эти штучки знаем… может взлететь невинный лопух.
Он не ответил, просто повесил трубку, а я ухмыльнулся— пока диктовал я, но отныне мне угрожала опасность еще с одной стороны.
Роза поджидала меня в маленькой закусочной «Аркада». Она опередила меня минут на пять и успела заказать гамбургер. Заказав еще один, я уселся напротив.
Она встретила меня приветливой улыбкой, но за ней скрывалось какое-то беспокойное облачко, что для Розы было необычно.
— Ну как, получилось, детка?
— Ну и клиента ты мне подсунул.
— Что, неприятности?
— Пока нет. Он пригласил меня поужинать и подвез в отель.
— А ты не позвала его наверх?
— Не учи ученого. Он из агрессоров.
Принесли мой гамбургер, и я принялся за него, полив сперва кетчупом.
— Может, я ошибаюсь? — усомнился я.
— Нет, не ошибаешься. Я знаю признаки. Со мной такое было, я ведь говорила тебе. Когда мы договаривались, я была уверена, что справлюсь, но сейчас я начала сомневаться.
— Почему?
— Дог, если бы это была обычная игра, рассчитанная на простака…
— Далеко не обычная, — перебил я.
— В твоих играх, если уж проигрываешь, то навечно, — тихо сказала она. — Как вчерашней ночью.
— Вчерашней ночью? — переспросил я и отправил в рот приличный кусок гамбургера, наблюдая за ней.
