Реджеб. Хорошо, хорошо, хорошо.
Сталин. А почему?
Реджеб. Ты прими обязательно. Я тебе советую. Если примешь, я за тебя выдам семь красавиц. Ты человек бедный, ты даже таких не видел. Одна лучше другой!
Сталин. Мне сейчас, знаешь ли, некогда жениться, много дела есть.
Реджеб. Потом, когда все устроишь, тогда женим. Прими мусульманство.
Сталин. Подумать надо.
Реджеб. Обязательно подумай… Прощай. Ц… ц… фальшивые деньги… Аллах, Аллах… Ой, как неприятно!
Сталин садится к столу читает.
Коция. Этот гимназист пришел… которого ты звал.
Сталин. Очень хорошо…
Коция. Вот товарищ Сосо…
Вано. Я думал, что вы пожилой..
Сталин. Я тебя тоже не знал, но знал, что ты молодой… гимназист… Ты в шестом классе?
Вано. В шестом.
Сталин. Садись, пожалуйста… папироску закури… Я тоже был в шестом классе, но у нас в семинарии, понимаешь, другое разделение… Кроме того, в силу некоторых причин, я не кончил курс. Работает кружок?
Вано. Работает.
Сталин. Сколько вас человек?
Вано. Десять человек. Старшие классы.
Сталин. Ну, конечно, не приготовишки. Те упорно от занятий политикой отлынивают. Впрочем, они еще наверстают. Время у них есть. У вас, конечно, месаме-дасисты работали раньше?
Вано. Да.
Сталин. Ну, это потеря времени. Кабинетные люди. Можно в ступе воду толочь, получится тот же результат. Ты читал статью Ноя Жорджания в «Квали»?
Вано. Читал.
Сталин. Ну к чему будет годен человек, воспитанный такой литературой!.. Ты, как человек умный, понимаешь это, конечно…
Дариспан
Константин. Сюда?..
Сталин
Вано. Лампу, может быть, потушить?
Сталин. Что ты! Ни за что! Сиди спокойно, спокойно, слышишь? Меня ты видел в первый раз здесь, не знаешь, как зовут. Я безработный, пришел уроки просить, а тебя Канделаки привел…
[Появляются двое городовых через другую дверь.]
Стук во все двери. Дариспан открывает в кухне. Константин — наружный вход. Городовые, жандармы, затем околоточный и Ловен. Кадиков.
Ловен. Оставайтесь на местах.
Входит Зейдлиц, кладет портфель на стол, садится.
3ейдлиц[15]
Околоточный. Три и галерейка.
Ловен. Начинайте.
Начинается обыск.
3ейдлиц. Кто хозяин квартиры?
Дариспан. Я.
3ейдлиц. Обыщите его.
Дариспан. Я ничего не украл. Зачем в карманах шарите?
Кадиков говорит по-грузински Дариспану. Дариспан отвечает по-грузински.
3ейдлиц
Сталин. Я могу перевести. Он говорит, что не хочет разговаривать с этим шпионом.
3ейдлиц
Дариспан. Паяльщик на заводе Манташева.
3ейдлиц. Имя?
Дариспан. Дариспан Дерахвелидзе.
Кадиков. Он — Дерахвелидзе.
3ейдлиц. Паспорт.
Канделаки. Константин Виссарионович Канделаки.
3ейдлиц. Ваш паспорт.
Канделаки. Не захватил с собой документ.
3ейдлиц. Напрасно. Впрочем, мы кое-что о вас уже слышали.
Канделаки. Не знаю, что.
Зейдлиц. С течением времени узнаете.
Вано. Я Вано Ромишвили.
Зейдлиц. Чем занимаетесь?
Вано. Ученик шестого класса батумской гимназии.
Зейдлиц. Скажите! Никак нельзя этого подумать, глядя на вас. Что же, вам, надо думать, не нравится императорская форма, присвоенная воспитанникам средних учебных заведений? Или выгнали?
Вано. Нет, не выгнали.
3ейдлиц. Ну, это не уйдет. Скоро выгонят. Ваш билет.
Вано подает билет.
3ейдлиц. Надо полагать, что вы делаете большие успехи в науках, по всему видно. Утешение родителям будете.
Сталин. Я сперва вас принял за жандармскою офицера, но вы, по-видимому, классный наставник?
3ейдлиц
Вано. Какая сходка?.. Я не понимаю.
Канделаки. Сходка?
3ейдлиц