Всем известно,       что мною          дряньвоспета   молодостью ранней.Но дрянь не переводится.          Новый гряньстих о новой дряни.Лезет     бытище      в щели во все.Подновили житьишко,            предназначенное на слом,человек   сегодня          приспособился и осел,странной разновидностью —               сидящим ослом.Теперь —    затишье.          Теперь не наро́дитсядрянь     с настоящим       характерным лицом.Теперь   пошло      с измельчанием народцапошлое,      маленькое,           мелкое дрянцо.Пережил революцию,         до нэпа до́жили дальше       приспособится,          хитёр на уловки…Очевидно —      недаром тожеи у булавок       бывают головки.Где-то   пули       рвут           знамённый шёлк,и нищий       Китай         встает, негодуя,а ему —      наплевать.          Ему хорошо:тепло     и не дует.Тихо, тихо    стираются грани,отделяющие        обывателя от дряни.Давно   канареек          выкинул вон,нечего   на птицу тратиться.С индустриализации         завел граммофонда канареечные         абажуры и платьица.Устроил      уютную           постельную нишку.Его некультурной       ругать ли гадиною?!Берет     и с удовольствием          перелистывает книжку,интереснейшую книжку —              сберегательную.Будучи   очень         в семействе добрым,так рассуждает      лапчатый гусь:«Боже      меня упаси от допра*,а от Мопра*      и сам упасусь».Об этот   быт,        распухший и сальный,долго     поэтам        язык оббивать ли?!Изобретатель,      даешь           порошок универсальный,сразу    убивающий       клопов и обывателей.

[1928]

<p>Крым<a l:href="#t_ms9535_205"><sup>*</sup></a></p>И глупо звать его        «Красная Ницца»,и скушно        звать      «Всесоюзная здравница».Нашему   Крыму      с чем сравниться?Не́ с чем      нашему          Крыму             сравниваться!Надо ль,   не надо ль,           цветов наряды —лозою   шесточек задран.Вином   и цветами        пьянит Ореанда*,в цветах      и в вине —             Массандра*.Воздух —        желт.      Песок —           желт.Сравнишь —          получится ложь ведь!Солнце   шпарит.          Солнце —               жжет.Как лошадь.Цветы   природа          растрачивает, соря —для солнца     светлоголового.И все это       наслаждало         одного царя!Смешно —     честное слово!А теперь       играет         меж цветочных ливнейветер,       пламя флажков теребя.Стоят санатории        разных именей:Ленина,   Дзержинского,             Десятого Октября.Братва —     рада,надела трусики.Уже  виноградызакручивают усики.Рад  город.При этаком ростес гор     скоронавезут грозди.Посмотрите         под тень аллей,что ни парк —      народом полон.Санаторники      занимаются              «волей»,или  попросту         «валяй болом».Винтовка       мишень        на полене долбит,учатся   бить Чемберлена*.Целься лучше:      у лордов             лбытверже,   чем полено.Третьи   на пляжах        себя расположили,нагоняют       на брюхо        бронзу.Четвертые     дуют кефир         илинюхают   разную розу.Рвало   здесь*         землетрясение            дороги петли,сакли       расшатало,        ухватив за край,развезувился*          старик Ай-Петри*.Ай, Петри!     А-я-я-я-яй!Но пока   выписываю             эти стихи я,подрезая       ураганам        корни,рабочий Крыма          надевает стихиямжелезобетонный намордник.

Алупка 25/VII-28 г.

<p>Небесный чердак<a l:href="#t_ms9535_211"><sup>*</sup></a></p>
Перейти на страницу:

Поиск

Книга жанров

Все книги серии Маяковский В.В. Полное собрание сочинений в тринадцати томах

Похожие книги