Их путь лежал через Себзевар, Шахроуд, Дамган, Аджеми, Семнан. Дамган и Семнан пожелали разделить участь Туса и добрый Собутай их не разочаровал. Оттуда он направился в Рейи, лежащий в десятке километров от Тегерана, а мирный и трудолюбивый Чжирхо завернул в Мазандеран, где взял штурмом город Амоль, дотошно проверяя одну из версий бегства хорезмшаха, после чего вышел на соединение с дивизией Собутая. Еще семьсот километров, теперь уже от Нишапура. И здесь, в Рейи и в Тегеране, опять не договорились. А собирались отдохнуть после пробега, оглядеться, по рынку пройтись - деньги есть, парного молочка попить. Собутай уже начал, Чжирхо за травинку взялся, взор к облакам обратил, но, слава богу, нашелся грамотный - местный судья. Рейи это почти не спасло, но Тегеран цел. Спас кади город, кто бы ему памятник за это поставил? Оказывается, наш беглец укрылся в провинции Гилан, в городе Решта, что на каспийском побережье. Ни сна, ни отдыха измученной душе. И всему, что ниже пояса с тыльной стороны.
Вместо того, чтобы собрать под свою руку пару сотен тысяч воинов, которых ему могли предоставить провинции, мелькавшие пред взором бегущего хорезмшаха, он принялся излучать такой ужас перед настигающими его монголами, что большая часть приближенных, сопровождающих Мухаммада, не выдержала и, в панике, разбежалась: кто - куда, не желая иметь ничсго общего с этим подозрительным типом, преследуемым властями. Поэтому, Чжирхо и Собутай уже не застали Мухаммада в Реште, он бежал в Казвин, охваченный общим стремлением покинуть проклятый город. Все бегут - и я бегу. Сдохнут преследователи в пути, по сто двадцать километров в день давать без дневок - никакие кони не выдержат. Тяжело, конечно, но для этого в монгольской кавалерии и держим по четыре коня на всадника. И люди нервничают, я бы на месте Мухаммада так Собутая злить не стал.
В Казвине сидел один из сыновей хорезмшаха, державший при себе тридцатитысячный кавалерийский корпус. Казалось бы - рука судьбы: хватай и бей монголов, их меньше! Но Мухаммаду было не до того. Выставив сына в заслон, он сам, истерично всхипывая, метнулся бежать дальше. К сыну претензий нет, у всех свои дети, поэтому, разгромив и разогнав грозно напыжившихся защитников монарха, Чжирхо и Собутай продолжили гонку, не занимаясь преследованием разбегающихся и прячущихся. И почти успели: под Каруном хорезмшах чуть-чуть не попал к ним в руки. Лошать под ним была убита, но Мухаммад и бегуном оказался - о-го-го! Обошел уставшую конницу на прямой дорожке и скрылся за поворотом. Вот и побегай за таким.
Еще не надоело? Рассчитывая спрятаться в так удачно не взятом им Багдаде (ну, совсем голову потерял!) шах двинул в Хамадан. Мои просто висели у него на пятках. В Хамадане очередная порция защитников прогнившего режима пыталась вступиться за бродячего царя. Оставшихся в живых вылавливали, пробовали уточнить его дальнейший маршрут, и - только чудом не взяли Мухаммада. Никому в голову не пришло, что этот облезлый ишак верхом на верблюде и есть цель похода. Исчез, растворился царь-одиночка. Как его теперь опознаешь? Каждого нищего на базарах трясти? Потеряли.
Уже добрался до Мазандерана, когда был вновь обнаружен разведкой. Осторожно выслежен и аккуратно окружен на самом берегу Каспийского моря. Когда увидел на горизонте передовой отряд, залез в старую рыбачью лодку и отчалил. Залпы из луков ничего не дали, шаху везло, как покойнику. Отследили, как причалил к острову Абускун, неподалеку от устья Гуркана, чуть западнее Астробада. Сидели и ждали, пока не приплыл рыбак и сказал, что нашел на острове иссохший от голода труп, который зарыл в песке у пляжа. Больше на острове никого нет и никогда не было. Скатались, отрыли. Похож. Вот и все.
Цель выполнена, информация мне отправлена с гонцом, а руки чешутся. Не назад же возвращаться. Тохучара нет, ныть и ругаться некому. Играем в индейцев и разведчиков! Мы разведчики. Для начала: вернулись и взяли приступом Казвин. Потом поскакали вокруг, приводя к повиновению согласных и наказывая несогласных. Пока все на пользу, разрушались центры возможной концентрации подкреплений. Правда, подкреплять было уже некого. Затем, проскакав по степям северо-западной Персии, вторглись в Айзербайджан. Ну, можно, это провинция Хорезма. Устремились к Тебризу, находящемуся в одном из оазисов центра страны. Атабек Азербайджана, Узбек, выплатил огромную дань серебром и конями, только не трогайте и не ломайте. Дань отправили мне, а также сводку о потерях в Казвине и прочих местах их развлечений. И, как нашкодившие школьники, постарались скрыться, пока учитель указкой по заднице не настучал. Пьянит их, видите ли, воздух свободы и безнаказанности, дань им просто так дают! Двинулись поближе к Каспийскому морю, на отдых и зимовку стали в Муганской степи, на берегу Аракса. Почти у его впадения в Куру. Пора отзывать. Бегом.
