Смотрю я на этих послов и думаю. Думаю, что - китайцы это, никакого сомнения. Еще в юрту мою ханскую, приехав в Ставку, не зашли, а китайские церемонии развели. Тысячелетняя империя, продумано все, кто за кем идет, как стоит, как рожи корчит. И мешать им не следует, пусть все по-своему сделают, время у меня есть, подождем. Сейчас титулы пославшего их зачитывать будут, это долго, наверно, вот мы все, пока, друг на друга и посмотрим. Не разбегаться же сразу, да и мне на здешних китайцев поглядеть хочется. Китайский шелк лучший в мире или его где-то еще делают? Гавайские рубашки напоминает, но - там синтетика, а это все ручная работа. Мое почтение вашим мастерам. Подарки вручать готовятся, а там и до другого дела дойдет, пора прекращать. Прервал и спросил имя нового императора. Не дай бог, снова - Ниндзя какая или Cамурая избрали. Вышао. Средненько, как-то сразу ни с чем не ассоциируется. Все равно, выбора нет. Слышал я, что наше русское слово из трех букв, заборы украшающее, в нашем Китае имеет вполне нейтральный перевод и очень распространено. Интересно, как они перевели для себя мой спич, знакомых звукосочетаний там полно. Ну, пусть думают, что передать императору. Сворачиваемся. Все свободны. Прощайте, господа.
Вот и опять Новый год приближается. Неплохо я по миру покатался, себя показал. Заодно выяснил, кто это нас татарами в будущем собрался называть. Китайцы придумали и никакого акцента в звучании. Так они называют народ моего нового свата - онгутов. Союз заключен, появились монголо-татары, и это не только я придумал монголов, это еще и китайцы татар выдумали. Вместе отвечать будем, если что. А пока - ничто. Впереди зима и никаких обязательств. Слышать ничего не хочу, только семья, жены, сын. Как же я по ним соскучился!
Наш Хулиган уже начал ходить и разговаривает. Орет, когда я его на руки беру, отвык от отца, но за зиму мы с ним подружимся. Вот думаю, а не начать ли с ним говорить на русском языке, все-таки он для него такой же родной, как и язык матери? Окружение наше, когда слышит мое бормотание на русском - дичится, может подозревают, что заклинания какие-то бормочу, темные же все, колдунов боятся, а от разговоров о моей божественности и до колдовства недалеко. У нас в степи за колдовство по закону смертная казнь, это мой ответ партии бывшего верховного шамана, там тоже от шаманства до колдовства, направленного против человека, один шажок, как посмотреть. Новый, назначенный мною, Верховный шаман Монголии Усун - человек почтенного возраста, безобидный и знающий, внутренне очень порядочный. Стараюсь проявлять к нему максимум почтения, советуюсь с ним в сроках наших начинаний и имею полную его поддержку. Белый конь и белый наряд издали придают ему схожесть с волшебником из "Властелина колец" Толкиена. Имя забыл. Очень хороший организатор и мне нравится, как он поставил на поток дело оказание помощи населению. Иногда я даже ищу у него моральной поддержки своих начинаний и мы с ним просто разговариваем долгими зимними вечерами. Обо всем.
Нет, пожалуй, не стоит осложнять сыну жизнь, обучая языку, на котором говорить в этом мире сможем только мы. Даже местные русские нас не поймут, это другой язык. Я их пойму, а они меня - нет. Даже на камне нет смысла выбивать послание потомкам, мало ли, как здесь сложится история и как это повлияет на будущую письменность. Хотел пошутить в своем стиле и на какой-нибудь заметной скале выбить геометрическое доказательство теоремы Пифагора. Пифагоровы штаны во все стороны равны! Знай наших! Мы, монголы - это о-го-го! Вот где зародилась древняя культура Эллады! И что-нибудь простенькое из дифференциального исчисления. Тогда будущие историки точно с ума сойдут. Мы с сыном не ханы, а Хулиганы!
Пожил я с семьей на зимовке, порадовался жизни, насмотрелся в прекрасные глаза Хулан, оттаял душой с Борте, насмеялся проказам Есун и Есуген, и думаю: а пошел этот мир на фиг! Почему я должен жертвовать своим счастьем, которого у меня не было на Земле, ради неизвестных мне стран и народов? Моя Монголия обустроена и обихожена, еще десяти лет не прошло, а как расцвела. Люди живут и радуются, молодежь растет гордая своей страной, никаких им других стран не надо. Свою любят, для нее трудятся. Все сытые, радостные, благожелательные. Согласен, всех, кто честно жить не хочет, мы убиваем, и поэтому количество тех, кто кое-где у нас, порой... упало до исчезающе малых величин. Рецидива у наших преступников не бывает. Но, меня-то палачом народа никто не называет, сами казнят отщепенцев, еще не разучились, за помощью к соседу не бегают. Помогите зарезать барашка! Меня в двенадцать лет обучили, а здесь лет с пяти почти все умеют, но еще слабы его удержать. Простота нравов. Главное - поймать преступника, а правильно его приготовить может каждый.
