В один из дней, когда Элогир и Грай тащили очередную телегу к оврагу, у них завязался разговор. Собственно говорить теперь только и получалось лишь на работе, так как в камере после отбоя сил хватало лишь на сон. Охране лень было ходить вслед за вонючей телегой и следить, чтобы рабы не сбежали. Поэтому они попросту привязывали Эла и Грая к телеге цепью и давали времени, чтобы вернуться назад ровно столько, пока двое других не заполнят бочки. Не успеешь вернуться, готовься получить по спине и голове палками.
Так вот разговор начал Грай.
— Знаешь, мне Малька как-то одну интересную штуку рассказала, — начал он, пытаясь подавить тяжелое дыхание.
Малькой звали ту самую белобрысую девчонку, из-за которой у Грая возникли проблемы.
— И что за штука такая? — без особого интереса спросил Эл.
— Она вроде как подруга Сольки и они меж собой делятся всякими историями. Фуф! Давай приостановимся, сил уже нет.
— Нельзя стоять. Опять эти гады палками поколотят. Лучше рассказывай и медленно тащи.
— Ага. Ну, вот, Солька ей и рассказала, что у Туко в кабинете спрятано такое, от чего у нормального человека волосы дыбом встанут.
— Хех! Богатства что ли? Гора искр жизни и мешок навитанов? — искатель вытер лицо от воды, мелкие капли противно стекали с волос, так как дождь лил беспрерывно.
— Да разве же у нормального человека от богатств волосы дыбом встанут? Скажешь тоже. Там кое-что похлеще. Хотя, по словам той же Сольки богатств у Туко действительно хватает. У него вроде как сейф есть, прямо за спинкой кресла на стене. Стоит лишь занавесочку отдернуть, и сразу увидишь. Здоровенный такой сейф.
— Так говоришь, будто сам его видел.
— Нет, сам не видел. Но зачем Солька станет врать Мальке, а та мне?
— Ну, не знаю, — пожал плечами Элогир. — Может, что бы тебя хорошей историей порадовать.
Грай заулыбался.
— Порадовать она меня иначе умела. Эх, такая девушка. Ты бы только знал. И чего ты не хочешь, чтобы я про нее рассказал? Круче нее только Солька в Бастионе. Я бы и с Солькой в каморке закрылся на часик другой. За Часик с Солькой я хоть пять раз побитым быть готов.
— Мечтатель, — бросил Эл. — Во-первых, за Сольку тебе Туко такое свидание с Крепышом организует, что ты потом еще год на девушек смотреть не сможешь, а во-вторых, мне твои любовные истории совершенно не интересны. Ты лучше расскажи, что такого Туко у себя в кабинете прячет, что у людей волосы дыбом встаю.
— Не у людей, а у нормальных людей. Так как у таких извращенцев и негодяев как Туко совести совершенно нет, чтобы их чем-то удивить.
— Мне кажется, что совесть штука вообще не постоянная, — задумчиво произнес Эл. — Ну, извини что перебил.
Грай рассказал Элогиру о странной вещице, что хранил у себя хозяин городка. Искатель в такой новости усомнился, хотя другу об этом говорить не стал. Мало ли, на что люди способны. Может Туко и впрямь тот еще человек…
— Фесурий, ты человек опытный, можно сказать старожил, расскажи мне про регионы, — теперь очередь волочить телегу вместе с Элогиром досталась торговцу.
Мужчина облизал мокрые от дождя кубы.
— Чего тебе рассказать? — спросил он.
— Да вообще все, что знаешь.
— Ишь ты какой, расскажи все, что знаешь. Любая информация денег стоит, а я купец и не абы какой! — Фесурий задрал указательный палец вверх. Помолчал недолго, но противиться не стал. — Эх, да чего уж там. Мы сейчас все в одной упряжке. Расскажу, так уж и быть. Регионы бывают четырех видов, первые это зеленые, вроде того на котором мы сейчас топчемся. На них чаще всего можно города и поселки встретить, так как серая пыль тут почти не чувствуется, и шкалу можно легко очистить.
— Так на зеленых зонах тоже эта дрянь бывает?
— Это для тебя она дрянь, а для всех кто родом с Тиадоры это жизненно необходимая вещь. Для них серая пыль наравне с воздухом. Ты думаешь, что такое искра жизни? Камушек красивый, который тебя усилить может?
— А разве нет?
— Ну, для тебя да. А для них это часть их существа. Ее не просто так искрой жизни называют, она формируется у зародыша, пока он еще в чреве матери находится или в яйце, или еще, чароху его задери, в чем. Так вот отвлекся я, искра жизни как раз из серой пыли формируется. Местные создания дышат ею, и она оседает в крови, затем добирается до головы, к мозгу и там начинает уплотняться, постепенно становясь частицей их жизни. Поэтому для местных серая пыль это святая всех святых. Ее в разных народах по-разному называют, но суть всегда одна и отражает она истинную ценность для них.
— Я думал она для всех искра жизни. Система ведь так ее для нас определяет.
— Откуда тебе знать, как она ее для них показывает. Может кто-то так же как мы называет, но я и другие названия слышал: камень души, частица жизни, крупица жизни и так далее.
— Крупица жизни? — Элогир сверкнул глазами.
— Ну, да. Так ее вроде дуангои называют, а может и не они, — Фесурий замолчал, пытаясь что-то вспомнить.
— И где можно найти местные племена. Скажем тех же дуангоев?
