- Я это знаю, Рукия-сама, - улыбнулась занпакто.
Очертания Соде-но-Сираюки постепенно становились все более смазанными, и Рукия чувствовала, что ее тянет в реальный мир. И когда перед глазами вновь появилась зеленая лужайка, девушку буквально распирало от радости и от непреодолимого желания показать себя и попробовать в действии новые способности. Не в силах ждать ни секунды, Кучики вскочила на ноги.
- Танцуй, Соде-но-Сираюки, - произнесла она, с любопытством смотря, как меняется ее катана.
И лезвие, и рукоять, и гарда стали идеально белого цвета. Гарда приобрела круглую форму, а к концу рукояти была приторочена длинная белая лента. Рукия с таким же благоговением, с каким недавно смотрела на истинную форму своей занпакто, сейчас смотрела на свой новый меч, поражаясь тому же изяществу, красоте и детализованности, которые были присущи произведениям Соде-но-Сираюки.
- Первый танец! Белая луна! - произнесла она, взмахнув мечом, и на земле перед ней сразу же появился ледяной круг.
"Значит, я могу замораживать землю?" - мысленно спросила девушка.
"Не совсем", - тут же отозвалась Соде-но-Сираюки.
И словно в подтверждение этих слов на месте замороженного участка земли вырос огромный столб чистого льда, вершина которого скрылась за облаками. Особого ущерба для своего запаса реацу Рукия не почувствовала, и это было удивительно, потому что техника просто потрясала воображение. Полюбовавшись на эту красоту еще какое-то время, Кучики внезапно подумала, что, наверное, стоит убрать этот столб поскорее, пока он не привлек лишнего внимания.
- Так-так-так, что тут происходит? - внезапно раздался из-за спины знакомый голос, и на лице Рукии тут же появилась улыбка. - Вот честное слово, Кучики, нельзя тебя одну оставлять.
- Кайен-доно! Вы вернулись! - девушка с трудом поборола желание от избытка чувств броситься лейтенанту на шею. - У меня наконец-то получилось! Благодаря вашим советам мне наконец-то удалось попасть в свой внутренний мир, ну и вот.
Она протянула ему свою занпакто в шикае, бережно взяв двумя руками за рукоять и за лезвие. Несколько секунд Шиба с интересом рассматривал меч своей подопечной, а потом улыбнулся еще шире.
- Красотища! - выдал он свою оценку. - А имя у этого чуда есть?
- Конечно, - улыбнулась в ответ девушка. - Ее зовут Соде-но-Сираюки.
- Ну что ж, такое дело и отметить не грех, - заметил Кайен. - Пойдем, угощу тебя чаем. Заодно расскажешь мне все. Только сперва надо кое-что сделать с этой неземной красотой, - кивнул он на ледяной столб. - Нет, я ничего против не имею, но остальные могут не оценить, да и вообще летом это как-то не вписывается в окружающий мир.
- Вы правы, - на удивление серьезно кивнула Рукия, и, повинуясь ее мыслям, лед пошел трещинами, а вскоре столб разлетелся на части, которые, впрочем, распались на духовные частицы, так и не достигнув земли.
Примечание к части
Кому не сложно, оцените, пожалуйста, этот фик и черкните пару строчек: https://ficbook.net/readfic/3212907
Автор и я будем очень благодарны.
Том 2.
Глава 6. Бессонная ночь
Момо вскочила на футоне и затравленно огляделась по сторонам, тяжело дыша. Сердце колотилось как сумасшедшее, а по лицу градом катился пот. Поняв, что в комнате она одна, девушка вновь увалилась на подушку.
Только сон. Всего лишь сон...
Эти сны преследовали Хинамори с самого их возвращения из мира живых после всей этой волокиты с баунто. И если сперва ничто не предвещало беды, и сны были даже приятными и легкими, то с месяц назад они постепенно начали становиться все мрачнее и мрачнее, превращаясь в кошмары, от которых не было спасенья.
Несмотря на то, что прошло уже довольно много времени, и в придачу в Готэй 13 было не принято подолгу оплакивать погибших товарищей, Момо все равно не могла выкинуть из головы Мабаши. Да и даже если ей этого хотелось, он все равно исправно являлся к ней во сне. Сначала это были милые сны и разговоры ни о чем. Они беседовали обо всякой ерунде, вообще не касаясь тех тем, которые волновали их во время эпопеи с баунто. А потом началось... Бесконечное напоминание, что он отдал за нее свою жизнь. И постоянные обвиняющие взгляды, когда он смотрел на нее во сне. И упреки. Постепенно прибавилось еще и то, что Мабаши заявлял, что ему совершенно не нравится быть мертвым, а посему Хинамори должна разделить его участь. И во сне Момо не могла оказать ему никакого сопротивления. Вернее не хотела оказывать. А бывали случаи, когда она просто была вынуждена лицезреть его смерть, а потом просыпаться от собственного вопля.
Вот и сейчас в голове все еще звучал его умоляющий крик о помощи, а картинка увиденного во сне так ясно стояла перед глазами, что Хинамори начинало казаться, что на самом деле сны и есть реальность, а остальное происходит так, между делом. Момо еще раз потрясла головой, чтобы прогнать видение, почувствовав, как по щеке покатилась горячая слеза, и поспешила ее смахнуть. Только этого не хватало!
