- Это что же, твое задание из разряда "Поди туда, не знаю куда"? - уточнил он, чем вызвал немалое удивление у Хинамори.
- Не знала, что ты знаком с русскими сказками, - девушка поражено покачала головой. - Да, что-то в этом роде. И помочь мне с поиском адресата можешь, пожалуй, только ты. Капитан Айзен попросил меня передать этот сверток Ёсино-сама, а я знать не знаю, где она живет.
Мабаши в ответ только сдавленно хмыкнул. Хинамори была абсолютно права: если не знать, где именно и что искать, то найти жилище Ёсино практически невозможно, ибо старейшина баунто знала толк в маскировке.
- Тогда услуга за услугу, - хитро произнес Мабаши, покосившись на идущую рядом Момо.
- Что, все не упускаешь случая за мной приударить? - усмехнулась она. Эта игра во влюбленных подростков им точно никогда не надоест.
- А кто бы на моем месте его упускал? - отпарировал парень, а потом поднял перед собой руки в примирительном жесте. - Хотя кто я такой, чтобы затмить в твоем сердце самого капитана Айзена, который через тебя отправляет Ёсино-сама любовные послания, которые ты, пользуясь его доверием, тайно подменила на яд, и сейчас подбиваешь на это дело меня, чтобы не нести ответственность за последствия в одиночку. Ау! За что?!
Он тараторил и тараторил, так что Момо даже не успевала за его мыслью. А когда до нее дошел смысл сказанного, она не преминула тыкнуть Мабаши в бок, несильно, но вполне ощутимо.
- За дурацкие шутки, - буркнула Хинамори. - Капитан Айзен - просто мой капитан, и ничего больше.
И не соврала. Как бы ее не подкалывал Мабаши и остальные, Момо прекрасно отдавала себе отчет в своих чувствах и отношении к капитану Айзену в частности. По сути, он был для нее практически всем: учителем, старшим товарищем, всегда готовым выслушать и поддержать в трудную минуту собеседником. Да, она любила его. Но любила именно как человека, а не как мужчину. И если раньше, видя его с Ёсино, девушка действительно всерьез ревновала, то со временем эта дурь ушла. Их с капитаном отношения были выше этого. И ей правда было все равно, крутит ли он любовь со старейшиной баунто или с кем-нибудь еще.
Вопреки ожиданиям Хинамори, что Мабаши приведет ее к какому-нибудь жутко охраняемому особняку за чертой города, вроде того, где обосновались баунто в прошлый раз, парень привел ее в самый центр Каракуры. В это время суток улицы были практически пусты, и обычно оживленный перекресток, днем так и кишащий людьми и машинами, сейчас был совершенно пустым и безжизненным. Несмотря на то, что Общество душ Момо покидала еще до заката, за то время, что она провела в Дангае, прошло уже несколько часов. Большие часы на монументальном здании, что возвышалось над остальными, громко отбили час ночи.
- Ты хочешь сказать, что Ёсино-сама просто живет в центре города, не таясь от людей? - изумилась девушка, когда они вошли в это самое здание и по скрипучей лестнице начали подниматься на самый верхний этаж.
- Ну, насчет "не таясь" ты, пожалуй, погорячилась, - хмыкнул Мабаши. - Это место защищено так, что сюда невозможно проникнуть. Есть только один способ. Ты должна знать, что тебе надо именно сюда. При этом ты должна четко представлять, что ты хочешь найти здесь Ёсино-сама. Ну и главное, сама Ёсино-сама должна захотеть тебя впустить. Иначе, поднявшись наверх, ты не обнаружишь ровным счетом ничего.
- Что, будут пустые комнаты? - уточнила девушка, уже прикидывая в уме, какими же пространственными навыками должна обладать эта женщина, чтобы сотворить нечто подобное.
- Нет, лучше, - улыбнулся Мабаши. - Здесь просто не будет этого этажа. И вопросов по этому поводу тоже не возникнет.
- Обалдеть, - Момо оставалось только уважительно качать головой.
- Не думаю, что она откажется нас принять, - заметил он, замерев перед нужной дверью, между прочим, довольно убогой на вид.
Стучать не пришлось, потому что уже спустя секунду дверь распахнулась сама, а на пороге их встретили уже знакомые Момо по их давнишнему заданию близнецы. Как объяснил ей в свое время Мабаши, они были верными телохранителями Ёсино, сильными и безжалостными, готовыми пойти за ней в огонь и воду и, если потребуется, отдать за нее жизнь. Тогда Хинамори скептически отнеслась к его словам, помня свое первое впечатление об этих двоих. Тогда они вели себя, словно вспыльчивые и избалованные мальчишки, с пеной у рта доказывая ничего не понимающим взрослым свою правоту. Но сейчас, оказавшись под пристальными, словно прожигающими насквозь взглядами этой парочки, Момо стремительно меняла свое отношение к ним. Сейчас в них не было ни капли каких бы то ни было эмоций. Совершенно беспристрастные взгляды, от которых не укроется ничто.
- Ёсино-сама, к вам Ториами Мабаши и Хинамори Момо, - доложил Бан.
- Пропустите их, - донесся откуда-то из глубины квартиры знакомый мелодичный голос.
