- Похоже, вторженцам не повезло, и они появились по ту сторону, - заметил Хисаги, стоящий во главе своего Отряда. - В таком случае наша помощь может и не понадобиться. Ведь Врата Чистых Душ охраняет Дзидамбо.
Йоко отлично помнила исполинского стража ворот еще по самому своему первому визиту в Сейрейтей. Высоченный, с десяток метров ростом, шинигами, приставленный к Вратам триста лет назад и знаменитый тем, что за это время не пропустил внутрь ни одного нарушителя. Что ж, при таком раскладе таинственным вторженцам, кем бы они ни были, можно только посочувствовать.
Йоко ужасно захотелось забористо выругаться. Стоило нестись через весь город, чтобы просто констатировать этот и без того очевидный факт, а самой остаться не у дел. И хотя девушка терпеть не могла сражения, еще больше она не любила терять время попусту, вот как сейчас. Однако бросать все и возвращаться Накамура не спешила, как и все, слушая звуки битвы. Конечно, услышать можно было не все отчасти из-за высоты стены, отчасти из-за материала, из которого она была сделана, но понять, что к чему, все равно было можно.
Затаив дыхание, шинигами слушали, как возмущается по какому-то поводу Дзидамбо, как что-то невозмутимо отвечает его противник, как великан лупит его своими огромными топорами так, что землетрясение чувствовалось и в Сейрейтее. И вдруг все стихло.
- Ну надо же, какая тут толпа, - голос Гина на фоне воцарившейся тишины раздался, словно гром среди ясного неба, заставив почти всех присутствующих подскочить на месте, спешно развести взгляды в стороны и поскорее начать придумывать причину, чтобы исчезнуть отсюда. Репутация у капитана Третьего Отряда, к удивлению Йоко, была та еще, и большая часть Готэй 13 его либо боялась до жути, либо на дух не выносила. - Знал бы заранее, ни за что бы не пришел.
- Капитан Ичимару, что вы здесь делаете? - спросил Изуру, которого одновременно с этим так и подмывало спросить, куда же все-таки столь поспешно тогда умчался Гин.
- Да вот, мимо проходил, а тут тревога, - невозмутимо ответил этот невозможный человек, которого Накамуре иногда хотелось придушить. - Дай, думаю, гляну, что тут и как. Да вы идите-идите, - большей частью собравшихся эти слова были восприняты, как строжайший приказ, потому что уже через несколько секунд улица опустела.
Изуру и Йоко, так и не получившие ответов на свои вопросы, предпочли остаться, только забрались на крышу ближайшего здания, а то мало ли. Меньше всего им обоим хотелось попасть под горячую руку, а от Гина можно ожидать чего угодно. С него станется Банкай пустить в дело, и тогда пиши пропало.
Тем временем, по ту сторону огромных ворот происходило явно что-то невообразимое. Повисшая было тишина разорвалась сперва веселым смехом, потом громким звоном стали и грохотом, а потом опять все стихло, но лишь на несколько секунд, потому что сразу за паузой последовало это... Плач, нет, рев, настолько оглушительный, что чуть ли не тряслась стена.
- Это разгром! Полный разгром! - крик Дзидамбо явно был слышен даже у Восточных Ворот, и почему их с Изуру попросту не сдуло звуковой волной, Йоко понятия не имела. - Я проиграл тебе и как воин, и как мужчина!
На этом моменте Накамура и Кира ошарашенно переглянулись. Проиграл? Дзидамбо проиграл?! Да кто такие эти вторженцы, черт бы их побрал?! Вот так запросто взять и без напряга одолеть того, с кем за триста лет не мог справиться никто? Сильно... Йоко краем глаза покосилась на Гина, обычная хищная улыбка которого стала угрожающей и жестокой. И как же удачно он тут появился...
"Это опять вы что-то мутите, капитан Айзен?" - про себя спросила девушка, и участливая полуулыбка Соскэ привиделась ей настолько явно, словно капитан действительно на миг появился перед ней.
От этих мыслей ее отвлекли ворота, которые начали медленно подниматься вверх. Это что же получается? Дзидамбо проиграл и решил пропустить вторженцев внутрь? Судя по недовольному взгляду Изуру, ему эта идея тоже показалась бредовой и неуместной. И будто ожидая, что через открывшийся проем в Сейрейтей сейчас хлынет многотысячная армия, Кира невольно потянулся к мечу. И Йоко запоздало поняла, что полностью повторяет его движения.
Гин же, в противоположность им двоим, выглядел непринужденным и даже расслабленным. Думается, если бы у сихакусё были карманы, он бы непременно сунул в них руки. Но реацу при этом из него хлестала такая зловещая, что даже у Накамуры, к которой он стоял спиной, мурашки побежали. Что уж говорить о Дзидамбо, который, наконец, поднял тяжеленные ворота над головой на вытянутых руках и сейчас в ужасе замер, сверху вниз глядя на миниатюрную, по сравнению с ним самим, фигуру в белом хаори. И Йоко впервые в жизни видела, чтобы перепуганный насмерть и бледный от страха человек одномоментно покрывался испариной.
- В чем дело, Дзидамбо-сан? - раздался тонкий девичий голос. - Кто это такой?
- К-К-Капитан Третьего Отряда, - от нахлынувшего ужаса тот даже начал заикаться. - Ичимару Гин.
