- А я-то что могу сделать? - процедила Накамура, чувствуя собственную полную бесполезность. А слышать сухую констатацию фактов из уст Заэля было невыносимо.
- Ты, может, и ничего, а вот Хоугиоку... - Гранц многозначительно замолчал. - Она же тогда справилась с ранами Нэлиэль и ее фракционов.
- Хм, стоит попытаться.
Идея показалась Йоко очень даже ничего, более того, выслушав предложение Заэля, она с трудом удержалась от соблазна хлопнуть себя ладонью по лицу. Могла бы и сама догадаться! Ведь тогда, в случае Нэл, Хоугиоку сказала, что откатила состояние троицы до того момента, когда с ними еще ничего не случилось. Значит, она и сейчас так сможет. Бешеная, безумная надежда разлилась по венам приятным согревающим теплом, став единственным светлым лучиком в этой черной полосе.
"Что скажешь, Хоугиоку? Ты справишься с таким наплывом пациентов?"
Разрушительная Сфера молчала так долго, что Йоко даже заподозрила, что она либо не услышала вопроса, то ли попросту уснула. Но, как оказалось, та не занималась ни тем, ни другим, а вместо этого внимательно изучала арранкаров.
"Не все так просто, Йоко... Видишь ли, раны - это одно, какими бы серьезными они ни были. Я создала арранкаров, я могу и вылечить их, но души - это в корне другое. Я могу взаимодействовать только с тем, что касалось моего вмешательства. Арранкары появились в результате взаимодействия душ Пустых со мной. Поэтому я не смогу вернуть души, ведь они, как и я, изначальный материал. Прости, но я не так всесильна, как тебе хотелось бы верить, и даже я не могу сделать невозможного".
До этого Йоко ни разу не приходилось задумываться о том, какую боль может причинить несбывшаяся надежда. Мучительную, рвущую на куски сердце, выедающую душу до основания сильнее любых битто.
- Хоугиоку пас, да? - прочитав все по ее лицу, уточнил Заэль, и вряд ли ему требовался ответ, и так все было ясно. И, видимо, атмосфера в зале стала такой тягостной, такие волны безнадежности и отчаяния исходили от сидящей рядом Йоко, что Гранц понял, что нужно срочно что-то делать. - Значит, нам придется разбираться со всем самим. Сейчас, когда ты пришла, мне нет необходимости постоянно торчать на концентраторе, и я смогу заняться работой.
Погасший, было, взгляд Йоко вновь на миг озарился огоньком надежды.
- Но ты же сам сказал, что ничего не выйдет, - сказала она.
- Если бы я по-прежнему был один, ничего бы не вышло, - поправил ее Заэль. - Невозможно полностью сконцентрироваться на работе, когда тебе нужно каждый час отрываться от нее, сливая львиную долю своей реацу на поддержание сего агрегата. Но сейчас этим вполне можешь заняться и ты. Времени у нас, полагаю, более чем достаточно? Или стоит ожидать гостей?
- Вряд ли, - покачала головой Накамура. - Думаю, Обществу душ еще очень долго будет откровенно не до нас. - А потом попыталась ободряюще улыбнуться, но не была до конца уверена, что ей удалось. - Давай тогда займемся делом. Раньше начнем - раньше добьемся результатов.
***
Несмотря на относительно боевой настрой, жизнь превратилась в череду до тошноты однообразных серых будней, не отличавшихся друг от друга почти ничем. Лас Ночес был слишком, слишком большим для них двоих, и весь мир словно сократился до помещения лаборатории. Ни Йоко, ни Заэль почти не выходили на улицу. Ученый с головой погрузился в работу, казалось, делая сто дел одновременно. Когда он находился в таком состоянии, то собеседником становился аховым, и Йоко от скуки на стену лезла. Вся ее деятельность сократилась до поддержания работы капсул путем вливания в концентратор духовной энергии и редкой готовки еды. Благо, Заэль оказался на редкость запасливым, и на содержимом кладовки, расположенной неподалеку от главного зала, можно было легко продержаться целый год, тем более что перекусы были нерегулярными и едоков было всего двое. Но со всем этим Йоко была готова смириться. Куда худшим испытанием было другое.
Как и говорил Заэль, большую часть времени лежащие без сознания арранкары иногда очухивались и вставали со своих мест. И видеть их такими: беспомощными, безучастными, неспособными почти ни на что, словно старые больные старики или наоборот маленькие дети, - было просто невыносимо. Они почти не разговаривали, только изредка потерянно ходили по помещению, а если и спрашивали что-то, то не помнили почти ничего, даже своих имен. Благо, продолжалось это не слишком долго, максимум полчаса, спустя которые очнувшийся словно вновь впадал в спячку, вынуждая Накамуру тащить его или ее в положенную капсулу.
Чем дальше, тем больше Йоко чувствовала, что сходит с ума. Поначалу такие вот пробуждения друзей ее нервировали и пугали, вынуждали чувствовать собственную ничтожность и неспособность как-то повлиять на ситуацию. Тогда она молилась неизвестно кому, чтобы этот кошмар для ее нервов поскорее закончился или же чтобы случилось чудо, и хоть кто-то из арранкаров очнулся по-настоящему. Но чуда не происходило.
