Мэгги знала, что не права. Его внезапное появление порядком напугало ее, это правда, но, надо быть справедливой, даже если бы он постучал, она бы все равно не услышала. Почему-то она решила, что должна защищаться.
– Простите. Но вы действительно меня напугали.
Она перегнулась через привод и приглушила звук.
– И вы простите. Трудно, знаете ли, обратить на себя внимание, когда туг такой грохот. Это все.., ваше? – Сэм обвел рукой столярную мастерскую, не сводя глаз с Мэгги, стройной и гибкой, с ног до головы покрытой опилками и стружкой.
– Теперь мое. Подождите, я только отряхнусь, и мы выпьем кофейку. Я все равно уже устала.
Она включила маленький компрессор и направила на себя струю воздуха.
Сэм с удовольствием наблюдал за ней. Сколько еще загадок таит в себе Мэгги Дункан?
На кухне она наполнила чашки густым, черным как смоль кофе, плеснула молока из ковшика и, усмехаясь, вручила ему его чашку.
– Ну же, берите. И признайтесь, что любите мой кофе.
– Это, по-вашему, кофе? Я-то думал, вы качаете ил со дна реки. – Сэм ухмыльнулся, глотнул из чашки, поморщился и потянулся за ковшиком с молоком. – Что вы там делали, в мастерской? То есть где вы всему этому научились? То есть я хотел спросить: какого черта вы вообще здесь делаете и почему работаете с инструментом, которым даже я не умею пользоваться? "
Мэгги не смогла сдержать улыбку.
– Это оскорбленное достоинство или банальный мужской шовинизм?
– Мэгги, я не шучу. – Сэм начисто забыл, зачем пришел. – Но разве не естественно, встретив такую женщину, как вы, в таком Богом забытом месте, где нет…
– Не знаю, что вы имели в виду, говоря о «такой женщине, как я», но ваше отношение к здешним местам вполне очевидно.
– Оставьте, Мэгги, – махнул рукой Сэм. – В этом болоте вы так же дома, как и я. Так почему вы здесь? Скрываетесь? А зачем вам все эти инструменты? Если вы подвизались здесь плотником, то вот что я вам скажу: не тянете. Любой из здешних домов рухнет при первом же ветре.
Мэгги не знала, смеяться ей или сердиться. Чего он так ополчился на Дунканский перешеек? Ну и что, что кругом ни души. Да, сейчас здесь грязновато – тоже мне, горе! Подумаешь, дома старые и некрашеные, подумаешь, кое-что вышло из строя, кое-что заржавело, кое-что и вовсе неизвестно куда подевалось…
– Мне здесь нравится. Неудобств я не чувствую. И вообще, собираюсь прожить здесь до конца своих дней, – заявила Мэгги, хотя и не вполне искренне. – А мастерская когда-то принадлежала деду. В молодости он строил лодки, а в старости перешел на приманки для птиц. У него получалось очень красиво. Некоторые и теперь их коллекционируют.
Сэм поднял глаза и увидел птиц, выставленных в ряд на шкафу и на крышке бюро. Он узнал канадского гуся и крякву; остальных определить не смог. Еще он увидел изогнутый кусок плавника, на котором в разнообразных положениях были усажены мелкие птички. Замечательная работа. Черт побери, просто здорово сделано. Неудивительно, что люди их коллекционируют.
– У Джубала был диплом по лесоводству, – продолжала Мэгги. – Он проработал на лесозаготовках до шестидесяти восьми лет. К тому времени все его сыновья окончили колледж. Я всегда любила приезжать к нему на каникулы, хотя мать каждый раз возмущалась.
– Так и знал, что вы не здешняя! – торжествующе воскликнул Сэм.
– Можно считать, что здешняя. Родилась я не здесь, но половина моих корней – в этих местах.
– А вторая половина?
– Бостонцы. Сплошная благопристойность и спесь. Меня порой удивляет, как папа сумел с ними ужиться. Похоже, он одной ногой в одном лагере, а другой – в другом.
Кое-что тревожило память Сэма. Он спросил:
– А кто такой "Л"?
– «Эль»? Это мужское имя?
– Это шелковая монограмма на ваших полотенцах.
Мэгги отвела взгляд, и Сэм был готов поклясться, что она уйдет от ответа, однако, как ни странно, ответ прозвучал:
– Лесер – фамилия моего бывшего мужа. После развода я вернула свою девичью.
Сэм молча глотнул кофе. Итак, она родом из Бостона, из очень благопристойной, очень чопорной семьи. И она разведена. Тем не менее особой радости Сэм не испытывал. Он убедил себя, что не хочет слишком увлекаться Мэгги Дункан, поэтому не особенно доверял услышанному.
– А где вы работали в Бостоне? "
– В брокерской фирме.
– И что же произошло?
Словно что-то изнутри подталкивало его к новым вопросам. Он не мог обуздать любопытство, хоть и понимал, что совершает ошибку.
– Официальная версия – переутомление. – По крайней мере так она избегнет дальнейших расспросов. Она не испытывала ни малейшего желания объяснять, почему отказалась от дохода, выражавшегося шестизначным числом, и похоронила себя здесь. – Сэм, вы пришли по делу или так, поболтать? У меня действительно много работы.
Не успел Сэм ответить, как раздался телефонный звонок. Не отводя от него взгляда, раздосадованная Мэгти подняла трубку.
– Да? – рассеянно произнесла она. И вдруг оцепенела. Под пристальным взглядом Сэма ее лицо побледнело, глаза расширились, побелевшие пальцы стиснули трубку.
– Мэгги, кто это? – полушепотом спросил он.
