— Нет, — черты лица его смягчились. — Вы приняли подарок с моего ведома и разрешения. К тому же он преподнесен вам на день рождения, и я видел, что украшение произвело на вас впечатление. Не стоит отказываться от красивой вещи из-за того, что вам показалось, будто я недоволен.
— Но вы недовольны! — воскликнула я. — Я же вижу, что вы сердитесь.
— Если я и несколько… раздражен, это ни в коей мере не относится к вам, Флоретта, — сухо отчеканил диар. — Для моего недовольства есть иные причины, и вам не стоит углубляться в них. Идемте. Скоро прибудет инар Рабан.
— А вы?
— А я проверю, насколько все готово к празднику, — супруг мягко улыбнулся и протянул ко мне руку. — Все хорошо, душа моя. Скоро вы увидите второй, но не последний мой подарок. Надеюсь, он вам понравится не меньше уже полученных. Идемте же, дорогая, я провожу вас.
Я позволила увлечь меня из столовой, но недоверие к воцарившемуся спокойствию диара все еще осталось. Слишком хорошо его сиятельство умел владеть собой. Впрочем, насколько я заметила, его выдержка начинала давать сбой, когда дело касалось меня, поэтому я продолжала поглядывать искоса на Аристана. Впрочем, он казался совершенно умиротворенным, и ни следа от промелькнувшей злости не осталось и в помине.
Но стоило супругу оставить меня в моих комнатах, как я, дождавшись, чтобы он отошел подальше, последовала за ним. Меня не отпускала тревога, и я понимала, что направился Аристан вовсе не проверять прислугу. Гостевые комнаты были осмотрены еще вчера с вечера, бальные залы и прочие помещения также. Всё было готово, устранены недочеты, и придраться, казалось, не к чему. И из всех дел оставалось дождаться прибытия инара Рабана и подготовиться к встрече гостей.
Свернув к комнатам младшего Альдиса, я замерла, прижав ладонь к груди. Сердце стучало так громко, что его грохот отдавался в ушах. Щеки мои пылали от стыда, намеренно я еще никогда не подслушивала. И очень не хотелось, чтобы меня застали за этим неблаговидным занятием. Наконец, протяжно выдохнув, я решилась и подкралась к дверям покоев Эйнора. Из-за волнения я даже сначала ничего не расслышала, но вскоре негромкие голоса достигли моего слуха, и я поздравила себя с прозорливостью. Мой муж действительно находился у своего племянника.
— Не понимаю твоей злости, — разобрала я голос Эйна.
— Ты всё прекрасно понимаешь, — раздраженно ответил Арис. — К чему ты устроил весь этот спектакль? Хвала Богине, моя жена слишком наивна, чтобы осознать всё, что ты проделал. Но я не Флоретта, и прекрасно вижу, к чему ты стремишься.
— Почему ты меня всё время меня в чем-то подозреваешь? — искренне возмутился младший Альдис, и, признаться, я была солидарна с ним. Ничего дурного в поведении молодого человека не видела. Как я уже говорила, после того единственного раза в поместье Кетдил, ничего предосудительного Эйнор в отношении меня не допускал.
— Потому что знаю тебя, мой мальчик, и понимаю, на что ты рассчитывал, — ледяным тоном произнес Аристан. — Будь Флоретта более искушена, и имей другой склад характера, она бы уже таяла от сознания, что ради нее ты с рассветом вскочил в седло и помчался в Кольберн, где поставил на уши несчастного ювелира и цветочника. Вернулся, как герой романа. С ходу упал перед ней на колени, с ложной скромностью преподнес ей дорогой подарок. Вся эта театральщина могла бы произвести впечатление на Карлину Кетдил или любую другую агнару, росшую в иных условиях. Но не такова моя женщина. Она чужда постановкам, и я безмерно этому рад. Твой подарок ей пришелся по вкусу, Флоретта — ценитель красоты и изящества, потому я не буду лишать ее этой маленькой радости.
— Не такая уж и маленькая, — усмехнулся Эйнор. — Однако ты не прав. Дядя, я клянусь, что еще вчера вечером колье не было готово, и мне пришлось с рассветом садиться в седло и мчаться в Кольберн. Что же до цветов, то не из твоей же оранжереи мне было их срезать. С вечера они бы завяли, потому я поднял цветочника с постели, чтобы заодно купить и цветов. Ничего в этом предосудительного нет. И если уж ты так ревнуешь свою жену ко мне, то, возможно, дело не во мне, а в тебе.
— Ты лжешь, — ответил диар, однако ярость из его голоса исчезла. Осталась уверенность, доводы племянника ее не поколебали. — И я смогу легко это проверить. Уверен, что колье было готово еще вчера. Я слишком хорошо знаю тебя и твою склонность к театральным жестам, чтобы поверить в искренность. Только не понимаю, зачем тебе это нужно. Флоретта не из тех женщин, которые тебе нравятся…
— У тебя до твоей супруги тоже были совсем иные женщины, — возразил молодой человек. — Более того, при других обстоятельствах ты бы прошел мимо Флоретты Берлуэн, даже не заметив ее.
— Молчи, — неожиданно зло отчеканил Аристан. — Даже не смей об этом заговаривать.
— Ну отчего же, — я уловила нагловатые нотки в голосе младшего Альдиса. — Чем не тема для беседы? Интересно, Флоретта смотрела бы на тебя с прежним обожанием, если бы…
