Второй вариант – более приземленный. Похож на первый, но с одним отличием. Иностранцы не знают, что точка утечки рассекречена. Инцидент с Гульковым и приезд группы Кольцова с этим фактом не связывают. Гулькова провалили по другим причинам. Машину оставляют в отдалении, на проселочной дороге, к опушке подбираются пешком (например, под видом грибников), а дальше следуют строго по инструкциям, пресекая возможное наблюдение. Следящих в чистом поле не спрячешь. Дорога – пуста. С идущего состава много не разглядишь. Единственная опасность – холм, который возвышается за насыпью. Визуально не понять, есть ли там глаза. Поэтому ждут поезда. А потом – другого, чтобы покинуть подземелье. Долго, муторно, но куда спешить? Инструкции писаны слезами ранее проваленных агентов…
Он вылетел из подземелья, побежал к лесу, до которого было метров семьдесят. Вишневский вылез следом, ругался, запирая замок. Из кустов показался настороженный лик Ягудина.
– Видел посторонних, капитан?
– Никак нет, товарищ майор, все чисто…
Еще бы, шпион ждать не будет. Сделал свое дело и убыл восвояси. Где у него машина? Михаил извлек рацию и опустился на пенек – ноги предательски дрожали.
– Москвин, вы где?
– В километре от вас, товарищ майор, – отчитался работник. – За холмом деревня Бурминка. Швец курит, жалуется на безделье. Вы сами сказали здесь находиться…
– Да, сказал. Посторонние машины не проезжали?
– Никак нет, товарищ майор, – Вадим напрягся, голос зазвенел. – Вообще за полдня ни одной машины. Одна телега проехала, а в ней такой колоритный персонаж лошадок подгонял… Что-то случилось, товарищ майор?
– Продолжайте работать. Отбой.
Он скрипел зубами, пытался сосредоточиться. То, что лазутчик не выявил наблюдение – это хорошо. Но вот все остальное… Он вытряс из пачки сигарету, закурил. Подчиненные переминались в стороне, с глупыми советами не лезли. Шпион ушел, сомнений не было.
Прошло полчаса, как он выбрался из колодца, уже далеко. Москвин и Швец его бы заметили. Два раза должен был проехать – туда и обратно. По крайней мере, туда. Имелась еще одна объездная дорога, но – дальше, через Васино, на нее Кольцов особо не рассчитывал. Но все же поставил там человечка.
– Сидоренко, ты на месте?
– На месте, товарищ майор. – Голос умеренно искажался. – Нахожусь недалеко от развилки, там, где вы сказали. До деревни метров шестьсот.
– Ты один?
– Один, товарищ майор. Я на «Москвиче», он, слава богу, не выделяется…
– С востока кто-нибудь проезжал?
– Грузовик проехал с дровами – древний такой, старше моего дедушки… Еще белые «Жигули» прошли, третьей, кажется, модели. Я номер на всякий случай записал. Водителя не разглядел, но в салоне точно один человек находился…
Что-то сработало в голове – тумблер переключили, и все загудело.
– А теперь подумай, Сидоренко. Ты же не хочешь сесть в лужу, как в прошлый раз? Примерно час или полтора часа назад те же белые «Жигули» на восток не проезжали?
– Вроде были… – подумав, сообщил старший лейтенант. – Но многие туда ехали, товарищ майор. Большинство, видать, в деревню… «Жулька» сиреневая проезжала, старый «газик», даже разбитый самосвал…
– Сидоренко, родной ты мой! – Неведомая сила стряхнула майора с пенька. – Думай, голова! Как давно эти белые «Жигули» проехали мимо тебя в последний раз?
– Минуты четыре назад… А что?
– Сидоренко, догоняй! Сделай все возможное, не упусти! Задерживать в одиночку не пытайся, просто следи…
– Понял, товарищ майор, уже разворачиваюсь… – сотрудник был явно озадачен. – Только где их теперь найти? Упорхнула птичка…
– Я тебе упорхну! Даже думать не смей! Объект направляется к областному центру, найди его, Сидоренко! Ты же не хочешь всю жизнь ходить в старших лейтенантах?
Намек был предельно понятен. Сидоренко выложится. Но повезет ли – вопрос интересный. Не выключая рацию, Кольцов побежал к насыпи, перебрался через железнодорожное полотно, утонул в жухлой траве. Холм с опустевшим наблюдательным постом остался справа. Рано или поздно Сидоренко выйдет из зоны действия радиостанции, и тогда останется лишь гадать, где он и что с ним. Уж лучше играть в испорченный телефон… Он спустился в низину, где стояла съехавшая с проселка «Волга», забрался в нее, активировал систему «Алтай». Какие же молодцы наши умельцы – первые в мире изобрели беспроводную телефонную связь…
– Товарищ майор, а нам что делать? – прокричал запыхавшийся Вишневский. Бойцы не отставали от командира, бежали за ним, как хвост за собакой.
– Не мешаться, – огрызнулся Михаил. – Марш на холм нести службу. Понадобитесь – просигналю.
Эфир трещал, нервы рвались, как перетянутые струны. Он – словно многостаночник на заводе: в одной руке телефонная трубка, в другой – рация – сидел, ждал у моря погоды. Вызванивать область пока рано, еще неизвестно, в какую лужу сядет Сидоренко. Шансов маловато – отыскать машину, которая проехала мимо тебя четыре минуты назад…
И все же это случилось! Запищала, завибрировала радиостанция.
