Повозки одна за другой въезжают во двор. Семейство Юри Аапсипеа на тройке, Яан Ярски с чадами и домочадцами в роскошной карете. Знакомые и друзья, близкие и далекие, хозяева и бобыли, ремесленники и чиновники, мужчины и женщины, девушки и дети — широкой рекой текут к господскому дому. Кадри Парви и Меосу Мартину только и остается, что стоять на одном месте и смиренно принимать нескончаемые приветствия, поздравления и подношения. Две проворные женщины так и снуют между Кадри и клетью, относят половины телячьих туш, поросят, свиные окорока, пироги и булки, бутылки водки и прочее добро, которое доставляют гости.
- То-то и оно, - расстраивается Меос, - все сволокут в клеть, и кто будет разбирать, что принесли Кадри, а что ему, Меосу Мартину? Оба ни хозяева на празднике, а как потом делить это несметное количество окороков, сервизов, дорогих вин? А один псих, охранник Пеэтер Питка, удумал подарить живого жеребенка. «Стоит у меня дома эта скотинка, - радостно сообщил он, - а что я буду с ней делать? И тут меня осеняет — дай-ка сведу жеребенка в подарок!» - выпалил Пеэтер Питка и привязал жеребенка к изгороди.
- Вот подлец! - думает Меос Мартин, - привел прекрасного жеребенка и ни словом не обмолвился, кому именно! Его малютке Йонатану, Тоомасу Парви или, может, семидесятилетней Кадри Парви? Привел с задней мыслью — бабка на старости лет станет ездить верхом, вот и скакунок под рукой? Теперь дознавайся, кому он жеребенка привел? Черт бы побрал эту злополучную идею- ничего глупее нельзя и придумать! Теперь у Кадри клети и сараи будут набиты до самого потолка, а он, Меос Мартин, совсем разорившийся по такому важному случаю, получит кукиш с маслом? И гости тоже странные какие-то, спрыгнут с воза — и сразу к Кадри, а уж потом только к нету. Должно-то быть наоборот, Меос больше потратился, ему почет и уважение больше. Все подношения должны отправляться в клеть из рук Меоса, а не из рук Кадри. Если дело и дальше так пойдет, его маленькому Йонатану и десяти крон на зубок не достанется! Нет, его семейство должно начать действовать. Как только въедет новая телега, его люди сразу окружат гостей, поблагодарят любезных гостюшек от имени Меоса Мартина, сразу расскажут, во что обошлись крестины, сколько телят, свиней, поросят, курей, индюков, уток, овец, телят, свиней, поросят, кур, индюков, ток, овец, телок пришлось забить Меосу, словом, гость, прежде чем он успеет спрыгнуть с телеги, должен точно и ясно представлять истинное положение вещей!
И Меос Мартин, отходя на шаг-другой от Кадри, зовет:
- Эй, хозяйка! Анн, хозяйка!
Хозяйка Мартина тут как тут — проворно подбегает к мужу.
- Что? - спрашивает она опасливо. - Что нибудь не так?
- А ты, дуреха, думаешь, что все так! - сердится Меос Мартин. - Не я ли дома всю семью учил, как тут себя вести и что делать? Не я ли втемяшивал вам в башки, как надо каждому гостю разъяснять, на чей счет и чьими трудами устроено здесь все это великолепие? И что же вы делаете? Бродите за хлевами, топчетесь в кухне, болтаетесь в саду, дела ни на грош. А каков результат? Глаза-то свои открой: Кадри даже жеребцов приводят, а нашему милому малютке до сих пор ничего достойного внимания не принесли. У Кадри клети и сараи уже ломятся от добра, а я стою тут как шут гороховый, трубку из одной руки в другу перекладываю, стыдно же хозяину праздника торчать с пустыми руками. Ясно, до чего доводит ваше вечное молчание?!
- Мы же делает все, что только можем, - оправдывается Анн. - Да и рты глиной не забиты.
- Переливаете из пустого в порожнее! - гневно кричит Меос Мартин. - Пользы от вас никакой. Я со стыда сквозь землю провалюсь, я за эти два дня вконец поседею. Еще раз повторяю тебе, Анн, а ты скажи это всему семейству — как новая телега подъедет к господскому дому, гость наши плотным кольцом окружат гостей, поблагодарят от имени Меоса Мартина за то, что пожаловали, сообщат, что для них забито столько-то голов скота, испечено столько-то булок, потрачено столько-то денег. Словом — гостей надо принимать, как наших гостей, а не Кадриных. Слыхала? Дошло? А теперь иди, да поживее!
После этого он опять подходит к Кадри и продолжает встречать гостей.
А во двор тянутся телеги. Мужики группками стоят кто в саду, кто во дворе, кто в комнатах, а женщины все в бегах, тут пошепчутся, там боязливо и будто стесняясь приостановятся и снова несутся дальше. Шум, смех, вскрики. Везде и всюду люди, из рук в руки кочуют бутылки с водкой. Прибыли и фельдшер Мадис Ярски, и констебль Йоонас Симпсон.
Потекли дары и на праздник Меоса Мартина.
Их стыдливо суют в руку со словами:
- Внучонку а зубок!
- Дело хорошее, - отвечает Меос Мартин и сует в карман, а если подарок пообъемистей, передает его девушке. Теперь и он по примеру Кадри поставил девушку бегать до клети и обратно.
- А про жеребенка еще поговорим! - решает Меос. - Мы это дело потом решим непременно.
