Люди в старинных одеждах, люди из современности, профессиональные водолазы, местные и иностранцы, и даже чудовища с волосатыми лицами, полулюди, полузвери — все они напоминали пойманных в янтарь насекомых. Они застыли в стенах, как образцы. На их невероятно живых лицах все еще читалось удивление.
— Все это воры, что пытались пробраться в гробницу принца? — пробормотала кукла.
С первого взгляда трудно было рассмотреть, что в глубине темного, ведущего в гробницу прохода, бесчисленные пары глаз злобно взирали на них из каменного плена.
Шэн Линъюань улыбнулся.
Когда он запечатал это место, он знал, что даже после смерти имя Вэй Юня будет прочно связано с так называемой «исчезнувшей партией драгоценных мечей» клана гаошань. Если бы он не принял меры предосторожности, ему пришлось бы каждый год браться за «мотыгу» и «удобрять землю» самому. Это было недопустимо.
В итоге, он приказал подразделению Цинпин тайно охранять гробницу, а кроме того, установил в ней несколько уровней защиты. Первый должен был защищать гробницу от посторонних, а второй, от посягательств со стороны членов подразделения Цинпин.
Так называемая «карта», созданная подразделением Цинпин, на самом деле оказалась смертельным оружием. Стоило только никчемным потомкам поддаться жадности, как они тут же пополняли собой коллекцию «фресок», навсегда становясь частью этого места. Массив, что защищал «вход», был невероятно сложен. Если бы кому-то хватило ума, следуя карте, сломать его, он очень быстро бы осознал, что таким образом угодил в настоящую ловушку. На самом деле, все вокруг представляло собой огромный движущийся лабиринт.
Когда злоумышленникам казалось, что они успешно открыли гробницу, появлялся призрачный меч.
Все те, кто пытался проникнуть в могилу принца, считали себя умелыми войнами, которых не так-то просто убить. Но все они были застигнуты врасплох внезапной иллюзией. В эпоху Шэн Линъюаня это называлось «душевным потрясением». Поговаривали, что после испуга «душа» человека становилась неустойчивой, и в нее с большей вероятностью могло вторгнуться зло. Но на самом деле, все было куда проще. После сильного потрясения злоумышленники понимали, что это была лишь ложная тревога, и быстро теряли бдительность, попадая в настоящий капкан.
Только кукла ничего не знала об этом. Сверяясь с картой, она с радостью привела трех безголовых мух в смертельную паутину. Им казалось, что они идут по коридору гробницы, содрогаясь при виде «фресок» и поздравляя себя с тем, что «хорошо подготовились». Но на самом деле, под взглядами плывущих мимо рыб, они уже давно блуждали с завязанными глазами, не ведая, что их лодка сбилась с курса.
Перед собой они видели «коридор», залитый светом русалочьих фонарей, но на самом деле это была еще одна хрустальная стена.
И хрустальная стена, разинув пасть, жадно поглощала лодку и ее пассажиров. Половина судна уже утонула в темноте.
Но люди все еще оставались в неведении.
Перевалив через середину неба, солнце плавно двинулось на запад.
Сияющая лодка погружалась в трехтысячелетнюю могилу.
Одна ее сторона принадлежала людям, другая — призракам.
Шэн Линъюань с безразличным видом поднес к губам флейту, наигрывая недавно услышанную где-то песенку.
«В самый раз, — подумал он, — такой большой лодки в гробнице еще не было».
Занимайте места согласно купленным билетам.
Глава 55
У Ван Цзэ был крайне широкий круг знакомств. Когда они прибыли на побережье, их уже ждал спущенный на воду катер.
Но Ван Цзэ все еще казалось, что состояние Сюань Цзи оставляет желать лучшего. Всю дорогу он пристально следит за юношей, пока, наконец, не решился спросить:
— Тебя не укачает в лодке, директор Сюань? Представители класса «огня и грома» не слишком хороши на море. Если ты плохо себя чувствуешь, лучше подожди на берегу. Не обязательно погружаться с нами.
Сюань Цзи с трудом приоткрыл глаза.
— Что еще за расовая дискриминация?
— Все, кто вступает в наше подразделение, проходят специальный медосмотр для людей с особыми способностями. Он позволяет выявить скрытые травмы, хронические заболевания, проклятия... Независимо от того, излечимо это или нет, мы можем хотя бы узнать причину, — обеспокоенно сказал Ван Цзэ. — Не стоит позволять легкому недомоганию превратиться в тяжелую болезнь, а тяжелой болезни в...
— Надеюсь, мне все же полегчает. Когда я решу расстаться со своим бренным телом, я лично извещу вас об этом, идет? У меня гипогликемия1. В последние дни я был сам не свой. Я вынужден был присматривать за стариной Сяо и Управлением. Последний раз я нормально обедал только в Дунчуане... — один из оперативников «Фэншэнь» протянул ему шоколад, но Сюань Цзи отказался. — Хватит, братья, иначе у меня из носа снова пойдет кровь. Кто это играет на флейте? Такая знакомая мелодия.
1
Все присутствующие тут же прислушались, силясь различить мелодию флейты среди шума волн и голосов жителей прибрежной деревеньки.
