В большой комнате был накрыт шикарный стол, за которым сидела Энигма.
Илья присел на краешек стула.
– Угощайтесь, пожалуйста, – над ним нависла Антонина Сергеевна.
– Я не голоден, – сухо сообщил он. – Вы?.. – он щелкнул пальцами.
– Марина, – произнесла она тихо, не сводя с него глаз.
– Знаете… Марина, вы… удалите, пожалуйста, всю свою переписку с данного форума, а я удалю свою, – произнес он с нажимом, – и забудем об этом! И еще. Пожалуйста, не сообщайте никому обо мне никаких сведений: это может обернуться для вас большими проблемами…
– Хорошо, – прошептала она.
– Да, а… вы пишете еще на каких-то форумах?
– Конечно! Я много где пишу, но не могу же я удалиться со всех?
– Разумеется, нет! Вы должны уйти лишь с тех, где пишу я, – Илья постукивал по столу пальцами.
– Ну хорошо… а где пишете вы?
– Это неважно, меня больше интересует, где пишете вы! – перед Ильей была очередная жертва; не сумев победить ее в виртуальном поединке, он намеревался сделать это в личной беседе.
И тогда очередная победа была бы им одержана!
А побеждать он привык.
– Я? Я пишу на форумах… только как Энигма, на разных форумах… вот на атеистических, например…
– Это я уже понял, – перебил Илья. – А еще где?
– Да как вам сказать… ну, там, где мне становится интересно и я могу хотя бы ощутить ту жизнь! Мне нравится! Ведь я же не могу попробовать это в реале… вот и пишу, – она смутилась.
– А конкретнее? – Илья втягивал носом вкусные запахи; разговор грозил затянуться.
Антонина Сергеевна взяла его тарелку, быстро наполнила ее разными яствами, молча поставила перед ним и удалилась.
Илья выругался про себя: он потреблял только определенную, полезную для здоровья пищу.
– Ну… на форумах археологов, фитнесистов, барефутеров, экстремальных туристов, садомазо, дельтапланеристов, «моржей»…
– Вы купаетесь в проруби? – быстро спросил он.
– Н-нет… – смутилась Марина
– А зачем пишете туда?! Вы что, археолог?
– Я медсестра. В ветклинике работаю… У вас дома нет животных?
– Только рыбки. Но за ними ухаживает специальный человек.
Илья начинал злиться на себя. Он не привык много говорить, предпочитая переписку. В ней отсутствовал энергетический канал, и не было влияния эмоционального поля собеседника на его организм.
– Чудесно! – оживилась Марина. – А рыбки красивые?
– Красивые… Итак, я не понял, почему вы пишете на чужих для вас форумах?
– Ну… просто я хочу немножко пожить их жизнью… Разве это запрещено?
– И вас не банят за флуд? – брови Ильи поползли вверх.
– А я и не флужу, – насупилась Марина, – я им рассказываю, как… я это делаю, и… мне верят! А еще прошу советов и читаю их впечатления тоже… Очень интересно! Да кушайте уже что-нибудь! А то
Илья почувствовал себя странно: эта полная и некрасивая девушка-женщина постепенно выходила из своего тела и, не спросив разрешения, входила в него. Точнее, входили ее поле, ее энергетика, ее взгляд на мир.
– Хм… ну, расскажите мне э-э-э… про садомазо – да так, чтобы я поверил, – Илья, ухмыляясь, решился-таки попробовать салат.
Марина густо покраснела.
– Давайте лучше я… я вам расскажу, м-м-м… как я пою и что чувствую, когда выхожу на сцену!
– Так вы поете? – Илья удивленно поднял глаза от тарелки.
– М-м-м… да! Я уже несколько известна и востребована… А выступаю – в элитных местах… по выходным.
Илья поперхнулся.
– Понимаете… Это… это такое чувство неописуемое! Я когда дома распеваюсь, это одно, а когда я на сцене – совсем другое! Я уже даже когда наряды готовлю, предвкушаю… И волнуюсь всегда – просто жуть! За восемь часов до выступления ничего не ем – только минералку пью. Затем за мной заезжает Витя, и мы несем наряды в машину. Я за вечер меняю их несколько раз!
– Кто такой Витя, продюсер? – Илья смотрел на Марину во все глаза.
– Не-е-ет, это мой… ну, помощник, а продюсер мне не нужен! Продюсер певице для того, чтобы ее «продать», понимаете? Он ломает в ней всё, что только можно, чтобы подстроить ее под требования шоу-бизнеса! Ведь это лишь инструмент в его руках для получения прибыли! Отсюда – бездушные песни и шаблонная внешность… Деньги-то они заработают, и продюсер купит себе очередную дорогую вещь, а у певицы будет изломана психика и изранена душа, которую никакими деньгами не компенсируешь… Я сама себе продюсер – сама придумываю наряды и пишу песни! А еще, – Марина прищурилась, – я выступаю только босиком!
– Зачем? – не понял Илья.
– Ну… просто я люблю ходить босиком, ведь это же очень удобно! Если ходить постоянно и по любым поверхностям, то и снег не покажется холодным! Я босая езжу на машине. Выхожу зимой на заправке, снег жжет ступни, а потом горячий воздух печки их обдувает. Такой кайф, такое счастье!
Илья сидел изумленный. Он уже давно опустошил свою тарелку и не заметил, как она стараниями Антонины Сергеевны наполнилась вновь. Последнюю он не видел. Он вообще ничего не видел, кроме этого сгустка восторженной энергии, который находился перед ним и из которого изливался на него поток благодати.
