Ракеты, бомбы и снаряды обрушились на столицу и ее окраины. Огромные фонтаны из камня, огня и пыли взметнулись в прикрытые дымом небеса, а пламя пожаров охватило здания и городские парки. Дома рушились и опадали, словно они были сделаны из картона. Бронетранспортеры, танки и автомашины, которые находились в Ярграде, уничтожались, а трупы погибших имперских солдат никто не считал. Кругом воцарился хаос. Снаряды неоварваров перепахивали дороги, а смертоносная сталь, шрапнель и осколки буравили камень и бетон. Смерть гуляла по улицам имперского мегаполиса, и взмахи ее косы забирали жизни сотен тысяч людей.
Но вот наконец орбитальная бомбардировка прекратилась. Видимо, у захватчиков заканчивались боеприпасы, а подавить противокосмическую оборону столицы до конца они так и не смогли. После чего началась выброска второй волны десанта, самой сильной и многочисленной, которая высадилась в предместьях разрушенного имперского мегаполиса, зачистила пространство вокруг себя и двинулась к центру. Колечко сомкнулось, и для лейтенанта Маркина началась настоящая война. Бои на улицах и в подвалах. Отстрел вражеских снайперов, стычки с вражеским спецназом и прорывы противника, который в самом начале сражения активно использовал беспилотники, ударные геликоптеры, мехстрелков и боевых роботов. Уничтожение инфраструктуры, минирование домов и отступление. Противник оказался очень силен, а его бронепехота, которую продолжали прикрывать космические корабли и аэрокосмические силы, упорной — хорошо вооруженной и весьма умелой. Агрессоры, которые сбросили на Яргу почти три миллиона бойцов, не отступали и напирали все сильнее. А имперцев становилось все меньше, и Роберт чувствовал, что крах близок, но продолжал сражаться. Ничего другого не оставалось, и когда на пятый день наземных боев КП 707-го батальона «Красных Повязок» был накрыт ракетой, он возглавил остатки подразделения, вместе с тремя десятками солдат вырвался из уже окруженного района Захао и влился в сводную батальонную группу капитана Купцова.
— Спишь? — рядом с лейтенантом присел командир, и Маркин открыл глаза.
— Нет, — Роберт слегка качнул головой. — Хочется заснуть, а не получается.
— У меня то же самое. — Купцов, один из «аргонавтов» адмирала Гамильтона, который не покинул столицу, вздохнул и добавил: — Не понимаю я наших врагов.
— А что так?
— На их месте я скинул бы на столицу несколько ядерных боеголовок и забыл, что когда-то существовал такой город, как Ярград.
— Слава всем богам, что ты не на их месте. — Усталый лейтенант через силу улыбнулся. — И если хочешь знать мое мнение, то захват имперской столицы для них очень важен. Им необходим триумф, отметка в послужном списке, а еще варвары мечтают о добыче. Вот они и стараются, а ядерная бомбардировка — это признак слабости. Так мне кажется.
— В общем-то, лейтенант, ты прав, — согласился с Робертом командир. — Пленные, которых мы вчера взяли, тоже так говорили, только иными словами.
— И как ты с ними поступил после допроса?
— Обычно. Вывел из бункера, да и шлепнул. Они наших парней в плен не берут, и мы с ними чикаться не станем.
— Это правильно.
Лейтенант было вновь попытался задремать. Однако Купцов задал ему новый вопрос:
— Как думаешь, Маркин, сможем мы победить варваров?
— Сможем. — Роберт был уверен в своих словах. — На планете еще много сил и к столице движется несколько армий, которые вот-вот прорвут блокаду. А наши адмиралы соберут остатки Военно-космических сил и ударят по орбитальной группировке противника. Но мы этого, скорее всего, не увидим.
— Согласен. — Капитан оглядел своих бойцов, которые оказались в его батальоне по воле случая. — Кадровых солдат почти не осталось, они в первые дни обороны и при бомбардировке полегли. Техники нет. Боеприпасов по жмене на бойца. Последний ПЗРК еще вчера отстреляли. А связь отсутствует, кругом глушилки. Так что еще день-другой и нас прихлопнут. Но ты, Маркин, если нам придется совсем туго, должен отступить и выжить.
— Это потому что я внук императора?
— Нет. Потому что ты молодой и в тебе есть боевой дух. Такие, как ты, должны будут отстроить то, что порушено, и дать варварам ответку, чтобы они, поганцы, навсегда ее запомнили. Ты меня понимаешь?
— Понимаю.
Купцов хотел сказать что-то еще. Но в этот момент в бункер, который сотрясался от близких разрывов мин и снарядов, кубарем вкатился имперский солдат в разбитой и окровавленной броне, и офицеры вскочили на ноги.
— Ты кто?! — Капитан снял с раненого бойца шлем.
— Посыльный из штаба семнадцатой бронетанковой дивизии.
— «Красные Орлы»?
— Они самые.
— Тогда говори пароль.
— Треска.
— Теперь добавочный код.
— Девять.
— Вроде наш. Можно поговорить. Кто именно и с чем тебя прислал?
В разговор вклинился санинструктор:
— Господин капитан, посыльному нужна перевязка.
— Потом. — Купцов отмахнулся от солдата. — А то он сейчас сознание потеряет, и снова мы сами по себе.
Санинструктор отступил, а посыльный выдохнул:
