— С базой все по-прежнему. За эскадрой «Арго» остается космодром «Раста». Штатами занимайся сам, пока разрешаю развернуть эскадру до десяти боевых и десяти вспомогательных кораблей плюс батальон десанта. А вот с добычей вопрос пока не определен. Сколько ты хочешь получать?
— Двадцать пять процентов от всего, что будет нами найдено.
— Много. — Серый Лев усмехнулся. — Десять, и точка.
— Нет. Двадцать пять, и все расходы по эскадре ложатся на меня.
— Хочешь создать по-настоящему автономное соединение?
— Хочу.
— А не опасаешься, что это будет истолковано как сепаратизм?
— Можно говорить откровенно?
— Нужно. Я слушаю тебя.
— Дед, ты великий человек, спора нет. Но ты создал систему, которая без тебя едва не посыпалась. Если бы не Гамильтон, под командой которого оказалось независимое соединение, то и все: смерть императора и — конец государству. Только это спасло тебя, и сейчас, когда ты вернулся на Яргу, все останется по-прежнему. Какие бы реформы ты ни проводил и как бы ни пытался переделать систему, неофеодализм империи будет жить и процветать. Я это вижу, и, когда за тобой придет старуха с косой, мне придется полагаться только на себя и близких людей. Поэтому эскадра «Арго» для Виктора Строгова не просто место службы, а основа моей безопасности в будущем.
— Ты далеко смотришь, — по губам императора пробежала усмешка. — Я еще жив, а ты меня уже похоронил.
— Никто не вечен.
Я посмотрел на деда исподлобья, а он шутливо ткнул меня кулаком в бок и сказал:
— Не дуйся. Ты сирота, который привык полагаться только на себя, и сейчас пытаешься воспользоваться благоприятным моментом. Это понятно, и я тебе не откажу. Получишь ты независимость и свои проценты, но не двадцать пять, а только двадцать. Согласен?
— Да.
— Значит, договорились. Ступай. Завтра снова встретимся.
Серый Лев направился к дочке, которая бросилась к нему навстречу, а я проводил его взглядом, поднялся и пошел к дворцовому комплексу. На душе было спокойно, а в голове все разлеглось по полочкам.
Итак, перво-наперво необходимо собрать соратников и быстро реорганизовать нашу структуру. Бригаду наемников «Аякс» надо расформировать, она свое дело сделала. Большую часть личного состава и техники передам в распоряжение имперских генералов, пусть бойцы дослуживают контракт под их командованием. А из самых хватких, опытных и удачливых бойцов, к коим примкнут мои дружинники, будет создан наземный поисковый отряд, который войдет в эскадру «Арго». С флотилией латиноамериканцев тоже придется расстаться, ими наши адмиралы займутся. И останется у меня три боевых корабля и три вспомогательных. «Вандал», «Черкес» и «Забияка» к походу готовы, надо только арсеналы и кладовые пополнить. На Строгове меня ожидают два транспорта — «Рохо» и «Ромм», и они останутся у моих сподвижников, которые понемногу обживают новую имперскую колонию. А трофейный «Аристо», который использовался неоварварами как штабное судно и передвижной бордель для высшего комсостава, примет на борт десант. Вот только с бабами, которые обеспечивали досуг вражеских офицеров, и трофеями, в основном награбленными в особняках имперских дворян драгоценностями, надо что-то решать. Хотя чего тут думать? Награбленные варварами драгоценности можно реализовать или вернуть владельцам, а веселых дамочек, которых на лайнере почти тысяча душ, отправлю на Строгов, где будет находиться запасная база эскадры «Арго». Вроде бы хорошо все придумал, и остается только претворить планы в жизнь.
— Ваше высочество! — обратился ко мне на входе во дворец один из имперских телохранителей.
— Да? — кивнул я ему.
— Император приказал передать вам Роберта Маркина.
— Веди.
Телохранитель двинулся по дворцовым коридорам, а я последовал за ним. Далеко идти не пришлось. Через минуту мы оказались в полуподвальном помещении, которое охранялось гвардейцами в броне, и мой сопровождающий собственным ключом открыл узкую дверь. После чего я вошел внутрь и оказался в небольшой камере, где увидел двух пленников — Роберта Маркина, который, нахохлившись, сидел возле прикрытого решеткой окна и думал о жизни, и кряжистого вояку с равнодушным взглядом убийцы.
— Добрый день, господа, — поприветствовал я узников.
— Тор? — Роберт привстал, и я заметил, что в его волосах густая седина.
— Он самый, братишка.
— Ты за мной?
— Разумеется. Дед тебя прощает и отдает мне на поруки, но с условием.
— Что за условие?
— На некоторое время ты и твой товарищ, — я кивнул в сторону сержанта, — должны исчезнуть. А потому собирайтесь, господа. Нас ждет дикий космос и дальний рейд.
— А у нас вещей нет. — Маркин огляделся.
— Тогда чего мы ждем? — Я посторонился и рукой указал на дверь. — Вперед! На выход!
