– Рюдзи…
– Нехорошо…
– …Хорошо это или нет, я буду продолжать. Мне нужны все они. Кто-то скажет, что так не получится? Я хочу добиться своего, ничем не жертвуя и ничего не разрушая…
– Тут проблема, Я-тян…
– Я хочу… А?
– Я-тян не входила через переднюю дверь!
Рюдзи развернулся и посмотрел, куда указывала озадаченная Тайга. Окно в гостиной распахнулось с такой силой, что даже стёкла задребезжали. «А?!» «Её здесь нет!» Он слышал восклицания Соноко и Сэйдзи у входа в дом.
Ясуко влетела в гостиную своего собственного дом, сбрасывая туфли на каблуках.
Её глаза и всё тело дрожали, у неё перехватило дыхание, белое лицо покрылось красными пятнами. Она смотрела на Рюдзи.
От неё не пахло спиртным, она не разоделась под афро – похоже, она даже не воспользовалась феном после душа. Пряди её длинных светлых волос, повреждённых завивкой, прилипли к бледным щекам. Ясуко сделала ещё один шаг, стукнули туфли, сброшенные на бетонный пол. Одетая в чёрную пуховку и старую физкультурную форму Рюдзи, совершенно не сочетающуюся с туфлями на каблуках, она медленно приближалась.
– Я-Ясуко! Ясуко!…
– Ясуко!
Старшие Такасу прибежали от входа и попытались перелезть через котацу, чтобы обнять Ясуко.
– Р-Р-Рю… Рю-тян… ч-ч-ч-что у тебя болит?…
Но они не смогли заставить себя взять её за руку. Ясуко дрожала, словно замёрзла до смерти.
Было видно, что у неё сильно трясутся руки и стучат зубы. Она смотрела на Рюдзи и пыталась заговорить. Но, прикрывая дрожащий рот рукой, лишь пыхтела, словно её только что хватил удар.
Рюдзи увидел слёзы у неё на глазах.
Он продолжал стоять перед этими глазами. Даже когда Тайга попыталась заговорить за него, он мог лишь слушать, чувствуя, что всё его тело словно одеревенело.
– Я-тян… Мы извиняемся…
– …Мы извиняемся, мы не хотели вас обманывать… Простите…
– Ясуко!
Даже не замечая, что Соноко медленно протянула к ней руки, Ясуко перепрыгнула через котацу, едва не опрокинув его, и оказалась перед Рюдзи. Протянула правую руку. Рюдзи подумал, что его сейчас ударят, и ждал этого.
Но рука лишь мягко коснулась щеки.
И начала гладить его лицо.
– Я…
Рука коснулась подбородка, пальцы согрели уши. Не обращая внимания на отвисшую челюсть Рюдзи, Ясуко словно хотела убедиться, что это именно его лицо. Затем рука опустилась на плечо Рюдзи и обхватила его за шею.
– …Я не знаю, что мне делать.
Ясуко хотела обнять Рюдзи, но у неё совсем не осталось сил. Глядя на неё, Рюдзи не мог думать ни о чём, сумел лишь сказать…
– …Прости…
Он даже не смог поддержать свою мать, которая обессиленно осела на пол.
Ясуко сидела на полу гостиной и ревела как новорождённый. Она выла как раненый зверь, широко раскрыв рот, не в силах даже утереть слёзы, катящиеся по щекам. Затем закричала как сумасшедшая, «Слава богу… Слава богу…».
Сэйдзи подошёл к Ясуко.
– Держи себя в руках!
И влепил ей пощёчину, чтобы привести в чувство.
– Ты его мать!
– Я, я, я… – испуганно пробормотала Ясуко, глядя на Рюдзи, – н-не имею п-права б-быть твоей матерью.
Она глядела прямо в круглые глаза Рюдзи, по щекам снова покатились слёзы.
– Это Я-тян виновата, что Рю-тян может так думать. Я не имею права быть твоей матерью. Я лишь хочу… чтобы ты был счастлив, но не могу добиться этого… Я никогда об этом не думала… Т-тогда…
Ясуко тряхнула головой, пытаясь найти нужные слова…
– …Если бы Рю-тян не родился, у Я-тян не было бы ничего! Рю-тян – это всё, что надо Я-тян для счастья! Вот почему… Я испугалась!…
Соноко и Сэйдзи, похоже, поняли, что она пытается сказать, и внимательно слушали, как она старается выразить свои мысли сквозь слёзы.
– Я-тян испугалась, что однажды Рю-тян может уйти. Даже когда ты был ребёнком, Я-тян всегда боялась, что ты можешь исчезнуть, потеряться! Я-тян знала, что будет наказана за то, что бросила родителей! Только когда Рю-тян родился, я поняла, как ужасно и трагически я поступила… И когда Рю-тян сказал, что хочет уйти, Я-тян не могла предотвратить это… Я не могла выдержать это, я не знала, как выдержать это, я не могла этого вынести… И Я-тян сбежала!… Только одно… Я-тян подумала…
Рюдзи тоже слушал молча.
Слова Ясуко обволакивали отчаянием весь дом, проникали в каждый уголок.
– Но Я-тян вспомнила, что должна попросить домохозяина позаботиться о Рюдзи, пока тот не уедет. И он мне сказал, что Рю-тян вчера плакал… Я-тян опять это сделала! Я снова совершила что-то ужасное… Что-то безжалостное. И тогда Я-тян поняла… Так что когда я получила сообщение, я и правда подумала, что всё кончено!… Я была слишком глупой, поэтому боги забрали у меня всё… Что всё будет кончено… Я и правда так подумала…
– Я ЖИВ!!!
