Вторую субботу каждого месяца я провожу одинаково: обедаю с другом, не имеющим ничего общего с тем, кем я работаю. Хиллари — официантка в маленьком местном ресторанчике «У Фриззли». Бывало, я приходила туда почти каждый день, чтобы пообедать, и она ждала меня. Когда-то я сказала ей, что ищу место, где мне было бы комфортно, и Хиллари помогла мне найти квартиру. Мы общались и наслаждались обществом друг друга вне ее работы. После восьми месяцев нашей дружбы она переехала в Клируотер. Ее мама заболела и нуждалась в помощи. Было сложно признать, что мне больно оттого, что Хиллари оставила меня, но мы не потеряли нашу связь.
Она помогает мне до сих пор. За последние два года я была в Клируотере, чтобы навестить подругу, лишь один раз. На самом деле, она хочет сама приезжать сюда. Чтобы навещать старых друзей и все такое.
Девушка знает, чем я зарабатываю себе на жизнь, и никогда не осуждает за это. Она говорит, что завидует моей смелости. Это слова Хиллари, не мои. По-моему, это не имеет ничего общего со смелостью, скорее, наоборот. Ее я обрела позднее, но не она стала настоящей причиной того, почему я начала заниматься тем, чем занимаюсь.
Это намного больше, чем мое желание скрасить одиночество, отчаяние и потребности. Контроль. Это — мой способ заполнить пустоту и уйти как можно дальше от мира, в котором я была вынуждена расти.
Я заезжаю на парковку «Эпплби» и останавливаюсь рядом с голубым «Ниссаном» Хиллари. В больших солнечных очках и со светлыми кудряшками на голове она стоит возле него. Я вылезаю из машины и машу ей. Подруга тут же срывается с места и подбегает ко мне на своих каблуках.
— Брен! — кричит она, обнимая меня. — Господи, как же я по тебе соскучилась!
— Прошел всего месяц, — напоминаю ей, посмеиваясь. — Но я тоже по тебе соскучилась.
Девушка протягивает мне свою руку, шевеля пальцами вверх и вниз. Я тут же замечаю великолепный серебряный обруч, на котором расположен квадратный бриллиант, красиво переливающийся на свету.
— Что? — восклицаю, задыхаясь. Я тяну на себя руку Хиллари и внимательно вглядываюсь в ее великолепное обручальное кольцо. — Когда это случилось?
— На прошлой неделе. Было очень сложно держать это в тайне от тебя, но я хотела сделать сюрприз, — слезы стоят у нее в глазах, когда она вытягивает свою ладонь из моей и смотрит на кольцо. — Оно идеально, прямо как он.
— Как кто? Я не знала, что ты встречалась с кем-то, — мы достаточно часто обсуждаем с ней подобные вещи, чтобы я могла такое упустить. Пусть и немного, но меня пугает, что она открылась кому-то настолько быстро ради красивых наручников, замаскированных под кольцо с бриллиантом.
Вместе с ней мы начинаем двигаться в сторону выхода, и Хиллари рассказывает, что ее жениха зовут Трэвис.
— Мы встретились два месяца назад, — говорит она, немного покраснев. Не уверена, смущена она из-за того, что ей понадобилось два месяца, чтобы рассказать мне о женихе, или из-за того, что она решила прожить остаток своей жизни с кем-то.
Стараюсь не перебивать ее, когда она говорит о том, как они встретились.
— … и у него есть огромная яхта, где мы и провели наше первое свидание. Мы наблюдали за китами в море, я даже увидела акулу. Солнце уже садилось, когда он поцеловал меня. Это было так романтично. Я могла бы часами рассказывать о нашем свидании, но думаю, что от описаний нашего проявления любви тебя стошнит, — Хиллари пытается пролить свет на ситуацию, тем самым стараясь искупить свою вину. Я лишь улыбаюсь ей в ответ.
Когда мы садимся за стол, я спрашиваю:
— Вы подумали над датой?
Девушка прикусывает губу — предательская привычка Хиллари, которая с головой выдает, что ей стыдно чем-то хвастаться.
— Весной.
Я хочу накричать на нее: «Еще слишком рано! Не делай этого, пожалуйста! Дай ему время, Хиллари. Проведи с ним вместе хотя бы три года, чтобы узнать, для тебя ли этот парень». Но я не говорю ни слова. Вместо этого лишь тихонько киваю, пытаясь заставить себя улыбнуться.
— Это… прекрасно, — говорю я ей.
Не думаю, что она заметила мои колебания, ну или ей откровенно наплевать, потому что подруга кивает головой с излишним энтузиазмом.
— Знаю, все это выглядит нереальным. Я встретила своего принца. Не могу дождаться, чтобы познакомить вас. Он тебе понравится. Обещаю.
Ее речь обрывает официантка, которая приходит, чтобы принять наш заказ на напитки. Когда мы встречаемся с Хиллари, я каждый раз заказываю клубничный «Дайкири» и не одну порцию. Никогда не чувствую вину за то, что напиваюсь, потому что моя подруга делает то же самое, и мы просто наслаждаемся остатком дня. А утро воскресенья станет тем моментом, когда нам обеим придется вернуться в реальность — в моей жизни снова никого не будет, а Хиллари придется вернуться в Клируотер.
— А что насчет тебя? — спрашивает она, когда нам подают напитки.
— Насчет меня?
— Есть ли кто-нибудь на личном? — она глотает свой «Космополитен» и ждет моего ответа.
Конечно же, никого нет, потому что мы обе знаем о том, что я никогда не пересекаю эту черту любви и отношений.
— Деньги, — отвечаю я.
