- А я все-таки так попробую - полуоборотень направил силу в перебитый ножом канал. Вытянув его из каркаса, он начал наматывать разбухшую нить на себя, формируя образ прочнейшей брони, сильно напоминающую броню хофов. Маска-шлем сформировавшись на голове закончила преображение. Подсознательно даже цвета получились идеально схожими с оригиналом. Угроза и скрытая сила читались в нем также как и в опасных жуках.
Спину прикрыли две сформированные обоюдоострые сабли черного цвета с молочно-белыми режущими кромками. Такие же загнутые кинжалы надежно прикрыли все сочленения иссиня черной брони. Вспомнив виденных хофов, он начал формировать отсекающий энергию покров, концентрируясь на деталях и всем покрове одновременно. Кольцо в кольце, переплетенное изогнуто-исковерканной лозой, стараясь идеально воспроизвести когда-то увиденное, он непроизвольно замкнул формирующийся единый покров на канал правой руки от чего объемная трехслойная сеть начала переливаться безжизненным белым светом, словно отраженным от прозрачного драгоценного камня. У него получалась трехслойная сеть, где с каждым слоем рисунок колец менялся, сдвигаясь чуть в сторону, с добавлением дополнительной лозы для надежного их скрепления. Чуу-ур по-иному взглянул на окружающее. Теперь он находился как бы и в каркасе окружающего сформированном танликом, и как бы и совершенно отдельно от него. Сформированный покров полностью отрезал его от силовых линий подчиняющихся лысому, словно он проложил путь к своей голове, и теперь находится в ней, заглядывая в разум танлика.
- Как ты это сделал? - восхищенно проговорил Рикар, разглядывая появившуюся слабо мерцающую броню на полуоборотне.
- Сам еще не совсем разобрался, главное чтобы помогло - выдохнул Чуу-ур, раскручивая лепесток и направляясь к лысому.
Танлик тем временем тоже преобразился. Большая зеленая змея, на четырех ногах, покрытая переливающейся чешуей, раскрыв пасть с загнутым зубами, с которых капал коричневый яд, нетерпеливо переминалась на сильных ногах. Острые как бритва когти вырывали куски земли, оставляя вокруг глубокие ямы. Постоянно извивающаяся голова разбрызгивала яд в разные стороны, падая на землю он дымился, прожигая ее.
Подойдя к обратившемуся танлику Чуу-ур остановился, чувствуя изменения в окружающем. Лысый пытался воздействовать на подошедшего к нему врага, но у него ничего не получалось. Броня, сформированная по подобию защиты хофов и замкнутая на каналах искры Чуу-ура, совершенно не поддавалась на его манипуляции, надежно прикрывая своего хозяина. Змея замерла, уставившись немигающими глазами, с вертикальными ярко зелеными зрачками, на врага.
- Ученик гордиков? - пришел шипящий вопрос, формируясь в голове Чуу-ура.
- Это что-то изменит? - прорычал он, поглаживая пальцем паучка на лепестке.
- Еще не знаю, у гордиков никогда не было учеников из людей.
- Вот один появился - соврал Чуу-ур, сам не зная зачем.
- Как жуки смогли научить тебя "единой" технике?
- Жуки многое умеют. Ты о чем?
- Это когда объединяются два разума, не так как обычно, когда один находится в другом. А когда оба находятся на равных правах и оба могут творить, то что им вздумается. Для такого слияния нужны годы совместных тренировок, нужно чувствовать своего собрата так словно это ты сам. Поэтому техника называется "единой". Очень редко вообще что-нибудь получается, но если получается, то силы "единых" в разы превосходят силы обычных адептов.
- И? - проговорил Чуу-ур после не долгой паузы.
- И как ты смог тут оказаться, используя "единую" технику? - взревел в бешенстве танлик в его голове.
- Ну, этого я тебе не расскажу, хотя меня тоже интересует один вопрос. Так-то могу поменяться.
- Что за вопрос - проглотил наживку лысый.
- У меня давно назначена одна встреча, а я все не могу добраться до места.
- Какого еще места? - змея пришла в движение, что-то решив.
- Места, где спит бог - Чуу-ур раскручивал лепесток, видя, что сейчас будет атакован.
- Это внизу - прошипел танлик, ринувшись на Чуу-ура.
Первое столкновение отбросило их в разные стороны. Чуу-ур поднялся, встряхнув загудевшей, от сильного удара когтистой лапы, головой. Танлик присел на задние ноги, разглядывая глубокую рану в сгибе передней конечности.
- Еще раз так бросишься, совсем срублю - угрожающе произнес Чуу-ур.
На морде змеи, читалось нескрываемое удивление. Она отошла на пару шагов назад и застыла, глядя на сочившуюся темной жидкостью рану.
- Это ты хорошо ей резанул - подал голос дядя Микыса.
Звук его голоса поменялся и звучал с булькающим эхом. Обернувшись, Чуу-ур увидел странное изменение в облике нейтера. Он раздался вширь, его ноги утолщались с каждым мгновением, а руки и грудная клетка оставались прежнего размера. Вывалившийся живот достал до земли, и он оперся на него как на третью конечность. Голова сплюснулась, нос исчез, оставив на лице безобразно громадный беззубый рот. Наросты и бородавки покрыли его потемневшую дряблую кожу. Больше всего, то во что превратился нейтер, напоминало громадного уродливого тритона сидящего на задних лапах.
