По громкой связи прозвучало объявление о начале продажи билетов на поезд, следующий до Москвы. В купленном билете значился только номер вагона, зайдя в который Виктор по согласованию с проводницей занял одну из нижних полок. В течение ночи ему на какое-то время удалось заснуть и хотя бы немного снять с себя напряжение. Поезд прибыл в Москву на Павелецкий вокзал в половине шестого утра. Ознакомившись с вывешенными там в кассовом зале расписаниями поездов и самолётов, Виктор пришёл к выводу, что лучшим решением для него будет воспользоваться самолётом, вылетающим из Быковского аэропорта в пятнадцать часов, так как раньше в нужном ему направлении ничего не отправлялось. На вокзале была авиационная касса, где он купил билет на подходящий ему рейс, после чего просчитал, что у него есть девять часов до вылета, за час до этого начнётся регистрация, ещё час уйдёт на дорогу до аэропорта – итого в Москве у него есть ещё чуть больше шести часов. На метро он доехал до станции «Аэропорт», вышел к зданию МАДИ, но идти в институт, где когда-то учился, ему было незачем, и он отправился пешком к зданию Центрального аэровокзала, располагавшемуся на бывшем Ходынском поле.
На аллее, размещённой между проезжими частями Ленинградского проспекта, стояли скамейки, где можно было отдохнуть, однако начинающий моросить дождь мотивировал ускорить шаг и поскорее пройти в помещение. В здании аэровокзала на первом этаже были выходы и регистрационные стойки к автобусам, доставлявшим пассажиров непосредственно к самолётам, вылетающим из аэропортов Внуково, Домодедово и Шереметьево, но регистрации на рейсы из аэропорта Быково там не было. Туда можно было ехать только с автобусами, отправляющимися с отдельной площадки аэровокзала, но это не представляло каких-либо неудобств. Виктор посидел в зале ожидания на втором этаже аэровокзального комплекса, периодически поглядывая на часы и подсчитывая время до того, как можно будет выйти к автобусу до Быково. Сидение без дела было утомительным, отчего иногда у него возникала мысль, что здесь, в Москве, находится ранее близкая ему женщина, телефон которой ему известен, но она об этом не знает, и неизвестно, как она прореагирует, если он позвонит. После десяти утра Виктор всё же решился подойти к автомату и набрать её номер, решив, что, если ответит не она, ему придётся положить трубку, однако после гудков вызова в трубке раздался её голос. Он поприветствовал её и попросил извинения за звонок по номеру, который она ему не сообщала. Сказал ещё, что сейчас он проездом в Москве. Она спросила, почему у него такой голос и где он есть, на что Виктор ответил, что на Центральном аэровокзале. Она сказала, что скоро туда приедет, и положила трубку. Поговорив с ней, он выбрал место на переднем ряду скамеек, откуда были видны двери входящего людского потока.
Примерно через полчаса он увидел входящую в аэровокзал Эвелину. Со второго этажа он подал ей знак, она подошла к нему и села рядом.
– Что с тобой, почему ты так выглядишь?
– Я давно не смотрел в зеркало, просто хотел узнать, как ты на новом месте?
– Со мной всё в порядке, скажи, что у тебя случилось, что-нибудь на работе?
– Нет, там всё хорошо, я теперь исполняю обязанности директора, подрабатываю в институте. Сожалею, что тебя нет в экзаменационной комиссии, вместо тебя там какая-то фурия сидит – всех девчонок засыпает, приходится ей противодействовать.
– Скажи, чем тебе можно помочь?
– Спасибо, что ты пришла, сидеть здесь и ждать рейса – это какая-то пытка.
– Когда ты приехал в Москву?
– Сегодня в половине шестого утра, в три часа у меня самолёт из Быково.
С мест, где они сидели, было видно, как в одиннадцать часов открылся ресторан, Виктор предложил ей пройти туда, сказав, что долго ничего не мог есть, и сейчас какие-то позывы что-то поесть или попить у него возникают. Они прошли в зал, заняли места за одним из столиков, официантка принесла им меню. Эвелина заказала чашку кофе со сладостями, Виктор попросил принести ему что-то вроде каши или киселя или то, что можно было скорее попить, чем поесть. Официантка фыркнула, что здесь не диетическая столовая, на что он, попросив её подойти поближе, положил ей в карман фартука трёхрублёвую купюру, попросил постараться. Она тут же переменилась и ответила, что сейчас всё принесёт. С некоторым трудом он поел принесённую еду и запил соком. Эвелина это заметила:
– Теперь ты уже лучше выглядишь.
– Спасибо, надеюсь, когда-то нормализуюсь, жить дальше надо.
– Если тебе нужно будет лечение, скажи.
– Если только в варианте повторения нашей поездки к морю.
– Да, там нам было очень хорошо.
– Может быть, ответишь на вопрос, который я мог бы тебе задать?
– Давай не сейчас.
– Да, сейчас многое неуместно. Ничего, что я отрываю тебя от работы?
– Нет, ничего страшного, у меня занятия сегодня вечером, так что есть время.
– Только наше время здесь уже истекает. Спасибо тебе, что побыла здесь со мной.
Официантка принесла им счёт, Виктор всё оплатил. Эвелина зачем-то достала из сумки кошелёк.