Он рассеянно потер подбородок, боль пылала в челюсти. Формировался еще один синяк.
Чем он думал, мечтая о рисовании Бригиды, когда убийца Роксаны все еще был на свободе? Роксана заслуживала лучшего. И вся деревня хотела его голову и не только…
Они были готовы порезать его ножом, чуть не лишили его мужественности. Он вздрогнул, вспомнив это. Если бы Бригида пришла на миг позже…
Он покачал головой, прогоняя такие мысли. Если бы он не был дураком, побежал бы домой в безопасность замка отца, ждал бы, пока минует буря.
Но ему нужно было узнать ответы. И, может, Стефан был прав, и он был дураком, но с Бригидой он ощущал себя безопаснее. Ее силы могли то, чего не мог ни один меч. Она призвала дождь и молнию, затопила землю, правила водой. Она это делала. И это было самым поразительным, что он видел в жизни.
Пока что он был в безопасности. Жители деревни не посмели бы мешать слуге Мокоши, и он использует прикрытие ее силы, чтобы узнать правду о доме Роксаны.
Под оловянным небом стало видно земли поместья Малицки, но обычная активность угасла до тихих приготовлений к похоронам, и он уже забыл об украшениях ее дома.
Он ждал, что Роксана в любой миг выбежит встретить его, как всегда делала. Но вместо этого жители деревни окружали погребальный костер на поле рядом с домом.
Ком появился в его горле. Она умерла, и никакие желания не вернут ее. Если бы он не был пьян в ту ночь, он смог бы ее защитить.
Ладонь легла на его плечо.
— Почему бы нам не разделиться? — предложил Стефан. — Я поговорю с конюхами.
Разделившись, они справятся быстрее. Но если Стефан оставит его одного, родители Роксаны не будут нежничать. Он не удивился бы, если бы уже делали ставки на то, когда Альберт убьет его. И как. Он не знал, что было хуже: столкнуться с Альбертом или толпой.
Бригида пристально смотрела на него, чуть приподняв бровь. Она знала, каким пристальным был ее взгляд, и каким обманчивым он был? Сила спала там, но не отсутствовала.
— Я поговорю с хозяевами дома, — осторожно сказала она, разглядывая его.
Если она видела его нежелание входить в дом Малицки, он надеялся, что она не принимала это как его вину. Если она увидит в нем такое, он не перенесет этого. Он мог справиться с подозрениями жителей деревни, но если бы те пристальные глаза смотрели на него без искрящегося любопытства и мира знаний, а с презрением и отвращением, он лишился бы всей надежды. Если это произойдет, Агата вонзит нож в его грудь.
Когда Бригида склонила голову, он кашлянул.
— Я поговорю с рабочими.
Если Альберт был в поле, стражи его в этот раз не удержат.
Стефан сжал его плечо.
— Мы найдем того, кто знает, что случилось. Не переживай.
Он кивнул и отвернулся, чтобы Бригида не видела его лица. Он с детства провожал Роксану до ее двери. Даже пьяным он не нарушил бы эту традицию. Альберт нанимал много рабочих, кто-то точно видел его и Роксану той ночью. Одного хватит, чтобы его помиловали.
Они разделились, и он пошел на поле у дома, где группа жителей деревни собирала дрова для погребального костра. Для Роксаны. Он застыл. Горы бревен и охапки хвороста… Роксана умерла, и сегодня они сожгут ее тело.
Он уже бывал на похоронах жителей деревни и ближайших лордов, как и было положено. Но там никогда не было кого-то такого юного и близкого его сердцу. И он не представлял Роксану…
Он покачал головой. Нет, он всегда подозревал в глубине души, что она проживет дольше него, что он не увидит ее… такой. Его желудок сжался.
— Что вы тут делаете? — недовольно спросил мужчина. Он опустил бревно на плечо, три его товарища выстроились за ним.
Каспиан замер от угрозы в его позе. Обычно жители деревни говорили с ним с уважением, как с будущим лордом Рубина, но за их словами было то, что они все время чувствовали.
У него пересохло во рту, он облизнул губы, оторвал взгляд от погребального костра.
— В ночь праздника, — прохрипел он, — кто-нибудь из вас видел, как я проводил Роксану домой?
Мужчина с бревном плюнул на землю.
— Она не пришла домой. В последний раз ее видели, когда вы с ней покинули праздник.
Этого… не могло быть. Кто-то должен был увидеть.
Бревна для костра блестели маслом. Костер будет высоким, сгорит быстро. И бледная и золотая Роксана на костре станет пеплом. Он шумно вдохнул.
— Я бы не навредил ей. Кто-то должен был видеть нас вместе.
Мужчина уперся краем бревна в грудь Каспиана.
— Ты не уйдешь от этого, сынок лорда.
Такое говорила и Агата.
— Я не пытаюсь скрыться. Я хочу найти ее убийцу.
— Тогда стоит посмотреть в зеркало.
Его желудок сжался. Призрачный запах горелой плоти. Золотые волосы Роксаны в огне. Почерневшее платье.
— Я бы не…
Ему пришлось уйти от костра в поисках свежего воздуха. Насмешки преследовали его. Убийца. Губитель.
Он прошел к краю поля, где рухнул на четвереньки в грязь. Его стошнило.
— Ты не должен тут быть, — сказал добрый голос. Может, был хоть кто-то, кто поможет ему.
Он вытер рот тыльной стороной ладони, посмотрел в глаза Джулиана. Он был там в ночь праздника, исполнял церемониальные обязанности. Он должен был что-то видеть.
