— А вот так! Под белы… вернее, черны рученьки! И даже поздороваться не захотели. — Малыш повернул к нам экран и показал пальцем на строку: — Вот он! Наш молодой и заносчивый негр. В списках сопровождающих дирижера Сельригера. И значится как особо поверенный секретарь по общим вопросам. Так что все ниточки ведут к одному клубочку.
— Похоже на то, — согласился Армата. — Но не станешь же ты утверждать, что этот поверенный секретарь и является тем таинственным Шпоном?
— Конечно нет! Он слишком мелок для такой фигуры. Да и не стал бы Шпон лично встречаться со своими резидентами. Тут надо брать выше! — Заметив, что я согласно киваю, Малыш спросил: — Танти, хочешь что-то добавить?
— И не хотел бы, да вынужден.
И я рассказал ребятам о последних событиях во дворце, разговорах с Энгором Бофке и о подслушанных высказываниях принцессы в имперской комнате связи. А в конце подвел итоги:
— Так что имеется только один человек, которого наши службы безопасности в данный момент не могут арестовать. Вернее, шеф службы безопасности не может дать такую команду. Наверняка на принцессу надавили всей политической, экономической и военной мощью «Доставки». И дирижер Барайтис недаром ест свой хлеб шефа разведки и обороны. Не в его интересах и уж тем более не в интересах всей «Доставки», чтобы масса секретнейших сведений попала в чужие руки. Мы себе даже представить не можем, какие тайны находятся в головах самых высокопоставленных функционеров общегалактической компании. И недаром Барайтис здесь лично встречался с ее высочеством. Уж он-то может любого человека запугать, подкупить и уговорить одновременно.
— Даже нас? — с нескрываемым сарказмом спросил Малыш.
— Может, и нас! Но! Он пока про нас не знает или не принимает нас в расчет. А значит, мы можем действовать без страха и упрека. И если победим, по праву воспользуемся плодами нашей победы и сделаем нужные перестановки в нашу пользу.
— Так что ты предлагаешь? — спросил Роберт.
— Не предлагаю, а приказываю! Немедленно начать подготовку к операции по освобождению нашего Алоиса и аресту руководителя крупнейшей террористической организации, действующей против Оилтонской империи. А по возможности и всех его пособников и подручных.
— Ого! — воскликнул Малыш с горящими от возбуждения глазами. — Куда это ты замахнулся! Ведь скандал будет вселенского масштаба.
— Не в скандале дело, — Армата всегда умел в первую очередь увидеть слабость в рядах нападения, — нам элементарно не хватит людей. Ведь как я понял, придется действовать без поддержки Бофке и Хайнека. И не предупредив императора и принцессу. Ведь служба безопасности «Доставки» сработает автоматически. Даже не зная, что защищает предателей и врагов всего человечества. А после возникновения даже небольшой конфронтации может начаться и обширный военный конфликт. Цепная реакция в таком случае труднопредсказуема.
— Слушаю тебя, а перед глазами Николя. — Малыш улыбался от такого сравнения. — Наш Стратег точно так же любит завалить на корню все добрые начинания. Хотя потом сам же находит наилучшее решение проблем.
— Вот именно! — подтвердил я. — Нам просто необходимо найти самый оптимальный вариант. И люди у нас будут, и союзников постараемся отвлечь, чтобы под ногами не путались.
— Такого, как Рекс, отвлечешь! — замотал головой Роберт. — Разве что ты с ним встретишься в своем натуральном обличье.
Армата после его слов чуть ли не вскочил.
— Не стоит этого делать категорически! Он и так почему-то уверен, что Тантоитан жив и находится в столице. И не только сам уверен, но и других настроил должным образом. Теперь ее высочество запросто может усилить меры по нахождению своего бывшего, как многие выражаются, фаворита. И скорее всего, сделает это не по причине прозаической мести, а совсем по иным мотивам.
Пока я раздумывал, как на такие слова среагировать, Малыш заметил мои прищуренные глаза и примирительно сказал:
— Танти, не обращай на него внимания. Он ведь вообще не по тем делам…
Что он имел в виду, мы так и не дослушали — над нашими головами загорелась лампа синего цвета. А Роберт пояснил специально для меня:
— Это наш доктор вызывает в лазарет. Видимо, что-то важное…
На что я тут же ответил:
— Не отвлекайтесь, ребята, занимайтесь своей работой. Я сам туда спущусь.
В подвале доктор нисколько не удивился моему появлению. Хоть видел согнутого невзгодами жизни ветерана явно впервые. Видимо, для него любой, кто входил в нашу маленькую тюрьму-госпиталь, справедливо считался начальником. Тем более что в эти недели платили мы ему гораздо больше, чем зарабатывал министр здравоохранения Оилтонской империи.
— Пациент Шилони пришел в сознание, — начал он, даже не поздоровавшись. — И снова хочет видеть Тантоитана.
Мы уже входили в маленькую комнатку, где лежал раненый комендант, поэтому я лишь проворчал на это заявление:
— Я тоже много чего хочу! Да вот только мало кто о моих желаниях знает…
