Добравшись до дома с мезонином перед Соборной площадью, я увидел, как в окнах замелькал свет. «Ну хоть это место будет напоминать жизнь, а не одиночество с фикусами». – подумал я. Со стороны улицы были открыты ворота на территорию дома. Накатанная дорога вела к гаражу на заднем дворе. Кругом было запустение и мусор. Спиленные деревья, сваленные в кучу, как в братскую могилу. Гора старой мебели, что от дождей разбухла и источала смрадный запах и огород, больше похожий на заросли, спрятанный за сетку рабицу. Общее благоустройство заканчивалось перед входом на территорию, а дальше начиналась жизнь. Считается нормой, если мусор удается свалить у дома так, чтобы он не мешал и его было не видно. Я дернул за ручку первую дверь, что была у самой калитки, но она была заперта. Тогда я обошел дом и столкнулся с кучками мусора поменьше перед еще одной дверью. Ручка поддалась нажатию, и я попал внутрь. Напоминало прихожую с лестницей в дверь повыше. Я поднялся и постучал.
– Иду, иду! Секунду, минуточку. – раздался женский голос и зашаркали тапочки.
Когда дверь резко распахнулась, передо мной стояла старушка из первого номера только без фикуса.
– О, а чего это ты пришел? – она удивилась и дружелюбие несколько поубавилось.
– У меня к вам встречный вопрос? Вы же со мной в гостинице жили!
– Не с тобой, а в соседнем номере, молодой человек. – Старушка подперла руки в бока. – И это было до того, как… впрочем, не важно! Ты фикус свой вернул на место?
– А вы за фикус переживаете больше, чем за живых людей?
– За живых я уже не могу переживать. Это теперь их личное дело, а моё дело еще не окончено.
– А какое у вас дело?
– Слишком ты любопытный, тебе говорили? Но, по глазам вижу, что фикус поливал той водой, что я тебе дала. Молодец!
– Может вы мне скажите, что здесь делаете, для начала?
– Скажу не для начала, а, чтобы ты успокоился – это моя гостиница. Мы травили грызунов, и я на несколько дней переехала в другую, подождать пока отрава выветриться. А теперь вернулась и, если ты хочешь заселиться, то перестань смотреть на меня так… – Старушка отшатнулась, пытаясь пародировать взгляд. – Ну, в общем не пялься, как на покойницу.
– Получается, что мы здесь снова будем вдвоем? – Леша сложил руки на груди.
– Ты будешь первым и можешь выбрать любую комнату.
– Мне нужна та, где есть письменный стол.
– Есть тут такая комната. Крайняя от тебя, дверь справа.
Я повернул голову и увидел рядом с собой дверь. Снаружи дом был построен еще старыми мастерами. Теми, кто знал толк в древесине и мог собрать дом на века, что ни одна плесень не пролезет, даже в самую маленькую щель. А грызунам и подавно только подкоп рыть, чтобы попасть в дом. Но вот внутри он уже был современным. Здесь поработали мастера клея и шпаклёвки, превратив старое убранство в современный минимализм. Сливочные стены с темными деревянными дверьми. Окна полные света со всех сторон и паркет мозаичного типа. В таком месте не сохранилось следом Советской эпохи или купечества, только новый взгляд внутри исторического каркаса.
– Уютно, – Леша зашел в комнату и осмотрелся. – Всё из дерева?
– Были старые балки перекрытия дома, но мы из них заказали мебель и теперь можем похвастаться новым убранством. Нравится?
– Еще бы! В таком месте надо было сразу остановиться, а я выбрал, что поближе.
– Зато теперь поживешь в «комфорте».
– Хорошая шутка. – Леша рассмеялся и вопросительно взглянул на старушку.
– Верно! – она поняла вопрос. – Оплата по факту проживания. Сколько проживешь, столько и оплатишь. Тариф у меня не высокий, а тебе еще и скидку сделаю, потому что мы уже знакомы. Меня, кстати, Зоя Ивановна зовут, и я не такая ворчливая, как тебе могло показаться. Просто не люблю чужие дома в которых приходится жить. – Она говорила очень быстро и вышла в коридор. – Ты заплатил тем пройдохам, когда уходил?
– Там никого не было, но я оставил номер телефона, смогут позвонить.
– Не позвонят. Но это не важно! Их проблемы.
– Ааа… – Леша не поспевал за всеми мыслями Зои Ивановны и уже не знал, толи нужно что-то отвечать, толи просто можно молчать.
– Значит, кухня у нас общая, она в конце коридора. Санузел отдельный в каждой комнате. Можешь располагаться, а я принесу тебе постельное бельё, еще не успела застелить в комнатах.
Я послушно вернулся в комнату и сел за стол. Вопросы совершенно перестали убавляться в голове, и я впал в прострацию. В этом состоянии даже не услышал, как Зоя Ивановна принесла постель. Слышал только, как захлопнулась дверь. Несколько часов я неподвижно наблюдал в одну точку и только моргал, прежде чем пришел в себя и размял затекшую спину. Передо мной, увы, не было письменного стола, как сказала Зоя Ивановна, а был обычный кухонный, но по следам на столешнице я понял, что его переделали. Раньше он, возможно был массивным дубовым письменным столом, но сейчас похудел и стройно вытянулся перед окном. Следы прошлого остались в виде шрамов, но это уже была реплика, а не оригинал. В нем не осталось энергии прошлого владельца, только отголосок истории, что замурован под лаковым блеском.