Они подъехали к деревне, и Максин увидела, что громадные ворота распахнуты, а перед ними взад-вперед взволнованно расхаживает София – куда только девалось ее обычное самообладание!
– Мне кажется, сюда кто-то едет, – прошептала ей Максин. – Мы слышали звук мотора.
София на секунду задумалась, а потом дала знак следовать за ней к ближайшей двери. Она отперла ее, и по пяти ступенькам они спустились в темный подвал, где хранились бочки с вином.
– Здесь? – с сомнением глядя на Софию, спросил Марко. – Почему не в подвалах под вашим домом?
– Для этого у нас мало времени. Здесь ближе.
Она показала рукой на бочку позади остальных.
– Вот эта пустая. Мы в ней прячем продукты. Переверните ее. Она открывается с другой стороны. Суньте в нее груз. Когда все успокоится, перенесем в другое место.
– Лампа у вас есть?
– Посветите фонариком. Быстрее.
Альдо поддерживал бочку, а двое мужчин наклонили ее и засунули рацию внутрь. Потом снова медленно подняли ее и осторожно поставили на место.
– Теперь поторопимся, – велела София.
Она проследила, чтобы двое мужчин откатили мотоциклы подальше в темноту леса. Потом они с Максин, прилагая огромные усилия, закрыли ворота.
– Пока не рассвело, надо разойтись, чтобы нас никто здесь не увидел, – сказала София.
– Может, все-таки подождать? Проверить, правда ли кто-то ехал за нами?
– Нет, лучше пусть увидят, что здесь тихо и пустынно, – натянутым голосом проговорила София.
Они потихоньку прошли к дому и поднялись по ступенькам.
– Пойдем в мою комнату, – пригласила София.
Окно в спальне было открыто, горела только одна лампа. София быстро погасила ее, подошла к окну и выглянула на площадь. Максин нетерпеливо постукивала ногой об пол, сердце ее все еще бухало от возбуждения. В лунном свете она увидела, что плечи Софии немного расслабились.
– Пока все тихо, – сказала София. – Никого не видно.
– А можно мне посмотреть?
– Смотри, если хочешь. Но я думаю, что если кто-то за вами и ехал, то он вас упустил.
Она подошла к кровати и откинула край пухового одеяла.
– Неужели ты сейчас ляжешь спать? – изумленно спросила Максин.
– Нет, конечно, – невесело усмехнулась София. – Но постель надо измять, а еще переодеться в ночную рубашку. Советую и тебе сделать то же самое.
Максин подошли к окну и, опершись руками о подоконник, выглянула. Площадь была пустынна. После ночных приключений столь банальная развязка даже разочаровала ее: девушка ощущала, что ей этого мало.
– Ну что? – спросила София, весело глядя на нее.
Максин вздохнула и покачала головой.
София присела на край кровати:
– Когда станет совсем светло, я постучу к тебе в дверь. Спустимся на кухню выпить кофе.
– Но куда же девалась машина? Мы ведь ее слышали.
– Я же сказала: скорее всего, они вас упустили. А теперь закрой окно и ставни. Если я что-нибудь услышу, сама разберусь. А ты оставайся в своей комнате.
Максин кивнула в знак согласия и вышла. Однако, что бы там ни говорила графиня, если что-то случится, сидеть у себя в комнате она не собиралась.
Оказавшись в спальне, девушка разделась, надела легкую ночную рубашку и залезла под прохладное одеяло, вовсе не собираясь спать.
Она проснулась через несколько часов и увидела, что сквозь щели в ставнях сочится яркий дневной свет. Дрожа от холода, она выскочила из постели и, накинув на плечи одеяло, прислушалась. С площади доносились требовательные крики немцев, сопровождаемые резкими ответами по-итальянски. Хлопали двери, громко звучали приказы; пререкаясь с немцами, на площади собирались возмущенные жители. Закричала какая-то женщина, заплакал ребенок. Боже, так они уже здесь! Максин открыла дверь и по коридору прокралась к спальне Софии. Тихонько постучав, она вошла.
София уже была одета и расчесывала волосы.
– Ты разве туда не пойдешь?
– Пока нет.
– Почему?
– Не хочу показывать, будто я их боюсь. Они сами скоро придут ко мне. Пускай сначала обыщут деревню и ничего не найдут.
– А потом?
– А потом я предложу им кофе.
– Что бы ни случилось, ты всегда леди? – не скрывая презрения, проговорила Максин.
София раздраженно вздохнула:
– Ничего другого они от меня не ждут. И я не хочу, чтобы они видели, будто я чем-то встревожена. Это вызовет подозрение, больше ничего.
– А если бы здесь был твой муж?
– Естественно, как глава дома, вышел бы он.
София потерла глаза.
– А теперь, – добавила она, – иди оденься и приходи на кухню завтракать.
– Я бы предпочла все-таки выйти на улицу.
София бросила на нее предостерегающий взгляд:
– Делай, что я говорю. А если ты и выйдешь, что это тебе даст? Они все равно сделают то, что собираются делать. Так что поторопись.
– Зачем?
– Посмотри в зеркало, ты вся испачканная. Я уверена, что они скоро сюда явятся.
