Тоскуя по ней полностью

Как бы ей ни было грустно покидать тот дом, она не жалела о решении переехать. Они с Кианом осмотрели несколько вариантов недвижимости по всему городу, но ни один не казался подходящим, ни один не соответствовал их потребностям.

Пока они не остановились перед этим местом — старым домом в викторианском стиле, немного обветшалым, немного запущенным, но абсолютно красивым.

Да, над ним нужно было поработать, и да, он был бы далеко за пределами ценового диапазона Уиллоу, если бы она покупала дом одна, но они с Кианом сразу поняли, что он идеален. Когда они впервые вместе прошли по слегка скрипучим коридорам, то увидели возможности и потенциал. У дома был характер. В нем было очарование.

Это была судьба.

И, что лучше всего, теперь он принадлежал им. Не Уиллоу, не Киану, а им.

Не то чтобы она сказала это Локи, Бебе и Реми, которые и так вели себя как лорды и леди в доме.

Все, в чем нуждался дом, — это немного нежной, любящей заботы. Они оказывали ему именно ее в течение последнего месяца, ежедневно работая над тем, чтобы починить все, что нуждалось в ремонте, и раскрыть индивидуальность, скрытую в этих стенах. Киан показал себя настоящим мастером на все руки, и, что неудивительно, он выглядел сексуально, как грех, с поясом для инструментов. Не раз работа откладывалась из-за того, что Уиллоу просто не могла оторваться от него.

Он называл это тушением пожаров, хотя на самом деле пламя никогда не угасало. Даже немного.

Уиллоу усмехнулась. Даже с такими частыми перерывами они многого достигли. Капитальный ремонт был завершен, оставалось закончить в основном косметические работы. У нее была своя студия внизу, обставленная и ожидающая, когда Уиллоу будет готова снова начать принимать клиентов, а художественная студия Киана находилась на втором этаже, в комнате-башенке с видом на реку.

В качестве сюрприза он выделил для нее целую комнату под библиотеку. Ее собственную библиотеку. Киан уже распаковал ее любовные романы, когда показывал комнату. Теперь все ее книги были расставлены, а его — заняли отдельную аккуратную секцию. Но на этих полках оставалось еще так много места.

Ее целью было заполнить книгами каждый дюйм этой библиотеки.

— Я думал, что я художник, — сказал Киан.

Очнувшись от своих мыслей, Уиллоу обернулась, чтобы посмотреть на Киана, который неторопливо шел к ней через комнату. Он был без рубашки и без гламура, крылья лениво волочились за спиной. Здесь он редко скрывал свой истинный облик. Уиллоу никогда не будет жаловаться на это.

Она улыбнулась.

— Кажется, я сегодня артист.

— Хм, — Киан пробежался взглядом по ее телу, улыбка стала шире.

Она знала, что он увидел — на ней был старый, заляпанный краской джинсовый комбинезон и белая майка, волосы скручены в неряшливый пучок, а на руках виднелись пятна фиолетовой краски.

— Твоя работа, безусловно, вызывает во мне реакцию, Фиалочка, — промурлыкал он, останавливаясь у нее за спиной.

Жар всегда вспыхивал в ее сердце, когда он был рядом, но когда он мурлыкал своим глубоким, соблазнительным голосом? Боже, сопротивляться ему было невозможно.

Как будто ты когда-нибудь этого захочешь, Уиллоу.

Уиллоу указала на окружающую их комнату.

— Что ты думаешь?

— Я думаю, это идеально.

Она постучала себя по подбородку.

— Я не знаю… Кажется, я пропустила одно место.

Он повернул голову, осматривая стены. Между его бровями появилась складка, когда он снова взглянул на нее.

— Где?

— Прямо здесь, — Уиллоу дотронулась валиком до кончика его носа, ухмыляясь. — Теперь идеально.

Киан сжал губы, тяжело вздохнув.

— Хочешь поиграть, не так ли?

Ее сердце учащенно забилось в предвкушении. Она кивнула.

Схватив ее за бедро, он обнял ее и опустил руку в лоток с краской.

— Возможно, ты забыла, Уиллоу. Ты моя, — он поднял покрытую краской руку и прижал к ее заднице, крепко сжимая. — Пусть моя метка послужит напоминанием, смертная.

Внутренний жар усилился, распространяясь по Уиллоу. Она осторожно повернулась к нему, удерживаемая хваткой.

— Я не думаю, что этого достаточно. Как только я сниму эту одежду, она исчезнет…

Пылающие голубые глаза Киана потеплели.

— Тогда мне придется снять с тебя одежду, — он обхватил руками зад Уиллоу и перекинул ее через плечо, возвращая ладонь к ее ягодицам, — и убедиться, что я оставлю что-то более долговечное.

Уиллоу взвизгнула от смеха, когда он повернулся и пошел вперед. Она оперлась рукой о его спину, чтобы не упасть. Когда Киан так говорил, она таяла. Ей это нравилось. Свободной рукой она скользнула к его крыльям и слегка провела кончиками пальцев вверх от основания одного из них, заставив его вздрогнуть.



— Ты, наверное, весь перепачкался в краске, Киан.

— И? — он снова сжал ее задницу.

Глаза Уиллоу расширились, когда Киан приблизился к кровати.

— Я тоже вся в краске.

— Я знаю.

— Киан, постель!

— Я куплю тебе новое постельное белье, Уиллоу, — он бросил ее на кровать.