Он с опаской посмотрел на воду. Его пальцы в который раз нервно ощупали охотничий пояс. Джаспер виновато потупил глаза: его собственный пояс сейчас валялся на полу где-то посреди хижины. Да, Мак велел носить его постоянно. Но как можно расхаживать средь бела дня в этой штуковине? С неё же свисает туалетный вантуз! Хотя и уменьшенного размера. Оставалось надеяться, что Мак не заметит. Джаспер вошёл в воду по щиколотку. Вода была удивительная! Такого яркого голубого цвета Джаспер себе и представить не мог. Даже камешки на дне казались голубыми. Он зачерпнул воду ладонями и с удовольствием плеснул себе в лицо и на голову.
– А-ах! Как же хорошо!
В лицо били яркие лучи солнца. Он зажмурился. Интересно, Мак захватил солнечные очки? Голова слегка закружилась. Джаспер сделал шаг назад. «Как бы на солнце не перегреться с непривычки», – подумал он. Почти год в нескончаемом холоде не прошёл даром. Джаспер сгорал от нетерпения. Всё тело просилось скорее нырнуть в эту чудесную прозрачную воду.
– Быстренько заплыву разок, ладно? – еле слышно пробормотал он.
– Иди-и-и! – прошипел Феликс у него за спиной.
– Да? – Джаспер обернулся.
Феликс посмотрел на него с недоумением.
– Чего? Я молчу. Мак запретил купаться.
– Да, да… – Джаспер улыбнулся, чувствуя, как прохладные волны трогают ступни ног. – Но ведь надо испытать «Огнемёт‐6000». Мы же собираемся стрелять монстру в ноздрю, да ещё под водой, причём надо будет стрелять снизу вверх. Обязательно надо попробовать на глубине, чтобы всё прошло гладко.
Феликс отчаянно замотал головой. Но Джаспер уже убедил себя, что без испытания никак не обойтись и что иначе охота может сорваться. А этого он не мог допустить, ведь ему, Джасперу, отведена роль приманки. Он посмотрел на Феликса, тот снова покачал головой.
– Ой, да ладно тебе! Потом позовём Мака и…
Джаспер схватил «Огнемёт‐6000» и смело зашёл в воду.
– Зря ты так волнуешься, – обернулся он к другу. – Всё будет нормально. Я только по колено зайду.
Джаспер прошёл ещё несколько шагов и посмотрел вверх, на солнце. В воде было чудесно.
– Джаспер! – услышал он голос Феликса с берега.
Вдруг оказалось, что он зашёл глубже, чем собирался. Вода доставала ему до груди. Как же это было восхитительно! Он уже и забыл, когда в последний раз купался. Он оттолкнулся от дна и сделал несколько гребков, крепко держа в руке оружие. Чувство невесомости было волшебным. Джаспер погрузился в воду с головой, медленно выдыхая. Вокруг был целый подводный мир!
– Джааа… спееер… идииии… – раздался в голове леденящий душу шёпот.
Он тут же пулей выскочил на поверхность. Его сердце бешено колотилось.
– Диииии… Джаааа… спеееррр… Идиии…
«Как только вернусь в школу, надо непременно позаниматься побольше у сеньора Гермеса». Джаспер закрыл глаза, попытался представить чистый лист бумаги, мысленно написать на нём буквы. Он услышал своё имя, но другие слова разобрать не смог. После нескольких безуспешных попыток он бросил думать про буквы и вместо этого сосредоточился на том, чтобы успокоиться. Поддаться панике он боялся больше всего. Он лёг на спину на воде, стараясь успокоить дыхание. Он представлял себе Рождество, день рождения и прочие приятные вещи.
Шёпот прекратился. Джаспер повернулся и помахал Феликсу. Феликс помахал в ответ. Джаспер поплыл к нему, не отводя от друга взгляда. Он был намного дальше от берега, чем думал. Дна под ногами не было. Феликс всё махал, махал… И вдруг радостные мысли про Рождество исчезли. Джаспер понял, что Феликс не машет. Точнее, машет, но это не дружеское «привет», а скорее что-то очень испуганное вроде «вылезай на берег сейчас же!»
«Только бы не испугаться…» – подумал Джаспер.
Плавал он хорошо, заплыл недалеко. Он повернул к берегу и стал приближаться, стараясь грести как можно спокойнее, без паники. Он неспешно скользил по водной глади, а небо тем временем быстро темнело. Неестественно быстро… Но ведь прошло совсем немного времени… Или много? Он не мог понять. Всё было каким-то нереальным. Он тревожно ловил взглядом линию берега. Феликса нигде не было видно. Глаза слезились, веки отяжелели.
Джаспер поплыл быстрее. Он следил за дыханием, стремясь не поддаваться нарастающему страху. С каждым махом ему казалось, что он всё больше удаляется от берега. Он посмотрел вперёд. Невероятно, но берег и правда оказался дальше, чем был. В голове был туман, и из этого тумана отчётливо проступал ужасающий, леденящий душу образ глибберхаула, и от этих жестоких видений нельзя было ни уплыть, ни спрятаться.
Джаспер ощутил в затылке холодный укол страха. Он остановился. Вода под ним стала другой: она заволновалась, забурлила. Что-то огромное, непреодолимое, двигалось под ним в мутной глубине, вздымая высокие волны. Неужели началось? Если это и правда то, что он думает… тогда испугаться – самое худшее, что можно сделать.
