«…Спрогис Артур Карлович, латыш, из семьи рабочих, родился в 1904 году, член РКП(б) с 1920 года, принят Кремлевской партийной организацией… С 1918 по 1921 год — сотрудник разведотдела ВЧК, курсант Кремлевских пулеметных курсов комсостава (неоднократно назначался на почетный пост № 27 — у кремлевской квартиры В. И. Ленина)… Участвовал в разгроме банд Булак-Балаховича в Белоруссии, вел агентурную разведку в логове Махно… За сложную операцию по выводу из-за рубежа Бориса Савинкова награжден именным оружием… Летом 1936 года безоговорочно принял предложение оказать помощь республиканской Испании в качестве советника частей спецназначения, лично участвовал в боевых операциях. Талантливый ученик и сподвижник выдающегося чекиста Яна Берзина… В 1940 году окончил Военную академию имени М. В. Фрунзе.
С начала Великой Отечественной войны майор Спрогис А. К. назначается особоуполномоченным Военного совета Западного фронта по организации разведывательно-диверсионной борьбы в тылу врага…»
— Можно мне задать вам на прощание последний вопрос, — спросил я Артура Карловича. — В характеристике-аттестации, выданной вам накануне войны Академией имени Фрунзе, есть такие слова: «…имеет большой практический и боевой опыт на командных должностях. Много и упорно работает над собой… Дисциплинирован, тактичен… Замкнут. Общителен мало…»
— Чем вы объясните такую характеристику?
— Вопрос не легкий, — помрачнел Спрогис. — Но будем откровенны. Вы помните те времена, когда с благословения Сталина, Ежова и Берия безвременно погибали прославленные маршалы и военачальники, честные партийные работники, выдающиеся ученые и писатели. Ушел из жизни мой любимый учитель и друг Ян Карлович Берзин. Многих волновало, что в преддверии гитлеровской агрессии Красная Армия лишилась своих лучших командиров: Тухачевского, Егорова, Блюхера, Уборевича, Корка, Якира, Штерна, Гамарника — тех, кто создавал и пестовал нашу армию.
В академии царила атмосфера нервозности и подозрительности. Протестовать было бесполезно, одна фраза против незаконных репрессий стоила жизни. Я замкнулся, общался только с самыми близкими друзьями. В моей замкнутости, конечно, сыграла роль и профессия.
После окончания Великой Отечественной войны Артур Карлович еще много лет оставался на ответственной военной, партийной, государственной и преподавательской работе. Заведовал военным отделом ЦК Компартии Латвии, был заместителем постпреда Латвийской ССР в Москве. А когда ушел на пенсию, часто посещал предприятия, стройки, воинские части, вузы и школы, где рассказывал о событиях, свидетелем которых сам был.
Но тяжкие ранения и контузии все чаще давали себя знать. В последний раз мы свиделись с ним в больничной палате. Он умер в октябре 1980 года на 76-м году жизни. В Москве есть школа, названная его именем, в Прибалтике — пограничная застава. В Музее революции Латвийской ССР хранятся материалы, повествующие о жизни Артура Карловича Спрогиса.
Прославленный советский маршал, бывший начальник Генерального штаба Александр Михайлович Василевский высоко ценил самоотверженную работу советской военной разведки:
«…в душе сами собой рождаются слова, с которыми хочется обратиться к читателям, особенно молодым. В биографиях героев-разведчиков, храбрых сынов Советской Армии, в их подвигах — ярчайший, замечательный пример для вас. Старайтесь в их беззаветном служении Родине, в их железной самодисциплине, в их духовной стойкости черпать для себя силы и вдохновение».
Артур Спрогис (в центре) — разведчик партизанского отряда «Дикли». Рига. 1918 г.
Комсомольский билет А. Спрогиса, выданный Замоскворецким РК РКСМ г. Москвы. Март 1919 г.
