Ибо в настоящий момент командир эскадры «штукас» кружил вокруг английской эскадры на неуклюжем «Хейнкеле-111», наблюдая за атакой и отдавая командирам эскадрилий приказы по радио. Запрет участвовать в бою он получил от самого фельдмаршала Геринга в самой категоричной форме и препровожден и усажен в бомбардировщик неулыбчивыми офицерами из штаба люфтваффе, разгадавшими его хитрости.
Но только сейчас Диннорт понял, что командующий люфтваффе был полностью прав – развернувшаяся внизу панорама боя завораживала и впервые дала ему возможность командовать своими самолетами. А ведь кроме «штукас» в атаку пошли и два десятка торпедоносцев – летящие над самым морем «хейнкели» с угловатыми скошенными крыльями было хорошо видно. Да везде копошились остроносые «мессершмитты», снующие над кораблями как стрижи, раз за разом заходя в новые атаки.
– Бруно! Заходи с угла пять, атакуй!
– Вольф, твоя очередь!
– Вперед, Малыш!
Эфир разрывался голосами, постоянно сыпались соленые словечки – в бою не до этикета, что понятно. Но подполковник сейчас вспомнил свой первый бой с английскими эсминцами в мае – сколько же они тогда совершили ошибок, заходя в атаку по одному. И еще одна глупость заключалась в том, что корабельная артиллерия легко отобьет нападение небольших групп самолетов, что раньше практиковали в люфтваффе, не достигая нужных результатов и неся более значительные потери.
Однако действенность ПВО станет неэффективной, когда навалится большая группа, проводя комбинированную атаку торпедами и бомбами, что будут сброшены из крутого пике. Да еще истребители пройдутся своим пушечно-пулеметным огнем по палубам и надстройкам кораблей, сметая смертоносным железом расчеты скорострелок и уменьшая в разы интенсивность и эффективность зенитно-артиллерийского огня.
Этот прием эскадра Динорта впервые применила в бою три дня назад, атаковав английские корабли охраны пролива, вышедшие из Саутгемптона. И добились победы, сразу выведя из строя три крейсера и утопив или повредив добрый десяток мелких по водоизмещению кораблей.
Опыт пилотами был приобретен просто бесценный – и теперь Диннорт собственными глазами видел, как организованно и без суматохи германские самолеты, выстроившись в смертельную карусель, наносят разящие удары…
Чудовищный взрыв тряхнул самолет – «Хейнкель-111» подпрыгнул в воздухе. Диннорт не поверил собственным глазам – из второй, возвышенной башни огромного линкора вырвался высоченный огненно-черный клуб, принявший форму уродливого гриба, чуть не достигшего облаков. Корабль распался на две половины прямо на глазах – носовая часть с уцелевшей башней стала стремительно уходить под воду.
– Ну дает Малыш!
– Новичкам всегда везет!
Пилоты оживленными криками стали обмениваться впечатлениями от увиденного, и Диннорт нажал тангенту передатчика:
– Молодцы, парни! Вольф! Выводи своих парней. Бейте «графство», оно не должно уйти!
– Наши мастера из люфтваффе «умеют» вести разведку! Не смогли отличить «Игл» от этой древней каракатицы. – Лютьенс скривил губы, не скрывая своего разочарования. Потому англичане и попытались удрать на смешных 16 узлах, и «Шарнхорст», давая вдвое больше скорости, легко и быстро, за полчаса догнал первый в мире авианосец, построенный еще в ту войну. И бил не главным калибром – все же настоящий «Игл» хоть и старый корабль, но был перестроен из чилийского линкора «Альмиранте Кохрен», а потому имел солидное бронирование. Но и полудюжины орудий в 150 мм хватило древнему и беззащитному «Аргусу» за глаза – он пылал от носа до кормы, превратившись в большой погребальный костер.
Немцы одержали в утреннем бою ошеломительную победу – два новейших линкора дружно навалились на серьезно подраненный «Рипалс», который хотя и выпрямил крен, затопив отсеки на противоположном борту, но еле ковылял. Да и стрельба британца была просто отвратительной для такой пистолетной для морского боя дистанции.
Через сорок минут все было кончено – горящий линейный крейсер, чья «тонкая» броневая шкура не превышала 9 дюймов супротив германских 14, получил в пострадавший борт три торпеды с «Кельна», перевернулся и пошел ко дну. Спасти удалось около двухсот человек – у них выяснили, что «Ринаун», от которого германские «собратья» борзо убежали в апреле, сейчас в Гибралтаре, а под «раздачу» попал его «систершип».
Вот только победа над «подранком» досталась слишком дорогой ценой – «Гнейзенау» выглядел крайне плохо, и о его участии в операции не могло быть и речи. Вторую башню «Бруно», возвышающуюся над носовой, заклинило, а в кормовую «Цезаря» попал тяжелый снаряд, но, к превеликому счастью, не взорвался.
Повезло! Фортуна снова показала свое благоволение!
