— Споткнулся он! — тут же ответил его дед. — Долдон! Под ноги смотреть надо! Третий десяток, а мозгов, как у барабули! Пустил, придурка, в дом, так он его разломать решил!
— Мировой у тебя дед. — шепнул я ему на ухо. — Поговорить надо, Карыч. А то ты все бегаешь от меня бегаешь.
— О чем? — так же негромко просипел тот.
— Сам как думаешь?
— Витек, за мать прости, бес попутал!..
— Не о ней речь. Кореец! Кто такой, как найти?
— Ты откуда про него…
— От верблюда! Саня, не беси меня! Отвечай на чертов вопрос!
В это время дед, который ко всему прочему, был глуховат, что-то все-таки заподозрил. И, шаркая, стал подниматься по лестнице. Ворча по пути про несчастье, которое из себя представляет его непутевый внук.
Втягивать в наши разборки еще и пожилого человека, совершенно не причастного, не хотелось. Вот что с ним делать, когда он войдет и увидит, как какой-то парень его внучка в стену вбил? Даже трогать его боязно — старый, сломать легко. Да и сердечко, небось, ветхое. Спровоцирую инфаркт, и будет на моей совести еще и смерть гражданского.
Поэтому, я выдернул Карыча из стены, подхватил его под мышку, и одним прыжком вынес нас обоих из комнаты в окно. Это оказалось неожиданно легко, будто я каждый день такое проделывал — со взрослым мужиком в охапке скакал, как горилла. Изменившиеся мышцы сделали моего пленника легким, как ребенок, а ноги сработали амортизаторами, слегка согнувшись в коленях и смягчив приземление.
«А к этому легко привыкнуть!» — подумал я мельком.
Не останавливаясь, я отбежал от дома Кареевского деда туда, откуда наблюдал раньше. И тут же, не давая Карычу прийти в себя, с силой впечатал его в дерево.
— Говори! Кореец!
Здесь, в хлипенькой рощице, можно уже было не таиться, поэтому вопрос я свой задал в полный голос.
— Да просто кент один, Витек! Ты че… ты че, вообще? Кореец, я не знаю, как его зовут. Дурь толкал вроде, а недавно подкатил с сывороткой. Спросил, смогу я ее загнать или нет! Вот и все!
— Ты дурку не гони, Санек! — оборвал я его блеяние. Трусоватым оказался уголовник, даром, что научился броню на теле отращивать. Как толпой наезжать, да за женщинами прятаться, он молодец, а как отхватил пару раз, так даже сопротивляться не пытается. — Я слышал, как вы ночью трепались! Твоей задачей было вывести сыворотку на анапский рынок, и зацепить максимум иностранных туристов, которые на съезд приехали. А ты, придурок, решил собственную банду сверхов собрать, и потом тут править. Прав твой дед, мозгов у тебя, как у той барабули!
— Так это ты за нами следил?
— Я. Еще раз, кто такой Кореец и где его можно найти?
— Да не знаю, кто он! Тип один, Патрон его погоняло, сказал за него, мол, с ним можно работать! Вот и все, что о нем знаю! Ну и телефон его для связи. Но там автоответчик. Надо присылать сообщение, а потом Кореец сам на тебя выходит. Ныкается, падла!
Умно с его стороны. Не знаю пока, как мне это поможет, но телефончик этот взять надо. А еще лучше — забрать часы Карыча, чтобы с них звонок совершить.
Не откладывая дело в долгий ящик, я сорвал с его руки браслет, сунул себе в карман. Пленник даже не дернулся — делай с ним, что хочешь. И этот тип намеревался банду сверхом создать? Смешно, честное слово!
— А чего он сам не толкал сыворотку, а? — уточнил я.
— Да откуда я знаю? Может, выходов не было, может от смотрящего добро не получил. Мне побоку, свои планы были.
— Да, я понял уже. Сколько он тебе отдал на реализацию?
И вот тут, впервые за весь наш разговор, Карыч решил воспротивиться. Глянул на меня исподлобья и хмуро поинтересовался.
— А тебе зачем?
— Тебя вместе с ней ментам сдам. — пожав плечам, честно ответил я.
— Вот ты сука, Витек! — ощерился уголовник. — Своих мусорам сдавать только в край ссученый сдавать будет!
— Э, болезный! — отвесил я ему звонкую затрещину. — Какой ты «свой»? Ты меня чуть не убил, мать похитил…
— А все одно не по понятиям!
— Да по каким еще понятиям? Ты больной, что ли?
В этот момент Карыч напрягся, и попытался вырваться. Я упустил момент, видимо он специально меня забалтывал этими своими «понятиями». Шея его напряглась, я почувствовал, что теперь сжимаю не человеческую плоть, а что-то невероятно прочное и холодное.
Дернув головой и высвободившись из моей хватки, он толкнул меня в грудь. Сильно, я еле на ногах устоял. Он, к этому времени, оторвался от дерева, и странно взмахнув руками, будто воду с пальцев сбрасывал, громко хекнул.
— Ну теперь посмотрим, кто кому что отдавать будет, сученыш! — прошипел он, и бросился в атаку.
Первый его удар я заблокировал, отчего левая рука чуть не отсохла. Ощущение было, будто меня он меня ломом саданул! Вот, значит, как? Ну, ладно! Мы с тобой в эту игру уже играли!
Больше его махи я останавливать не пытался — понятно было, что он нарастил свою «железную» кожу. Вместо этого, пропустил над головой очередной размашистый удар, присел, и ударил кулаком по колену сбоку.
В прошлый раз, когда я его мутузил, у меня в руке была монтировка. Потому и не осознавал, какая мощная у него защита. Зато сейчас в полной мере прочувствовал — кулак словно бы в бетонный блок впечатался.
