До деревни мы дошли часа через три, за это время никого не встретили. Один раз в стороне разгорелся бой, но соваться туда мы не стали. Несколько раз видели группы самолётов, которые летели на восток, туда, где постоянно громыхало. За пройденный путь мне удалось убедиться в том, что мы попали на Великую Отечественную войну, причём в её самое начало. Вроде бы немцы только в первое время так нагло летали, почти не опасаясь нашей авиации, хотя кто знает, как там всё было на самом деле. К нам в детский дом как-то приходил ветеран на Девятое мая, но он был пехотинцем, а не лётчиком, а на фронт попал в середине войны. К тому же есть у наших властей привычка переписывать историю, на мой взгляд, это самая неточная наука.
Деревенька состояла всего из десятка домов, никаких флагов, немецких или советских, я не увидел. Оглядев своего охранника ещё раз, я тяжело вздохнул. Он до сих пор тащил баул с доспехами, может, и правда позволить ему их надеть, так будет удобнее идти.
— Господин, почему стоим? — Спросил меня Юра. — Пойдёмте.
— Не господин, а товарищ, — проворчал я. — Стой тут, я один схожу.
— Вдруг нападут, — забеспокоился мужчина. — Давайте я здесь доспехи оставлю и в случае чего прикрою.
— Жди тут и наблюдай со стороны, — приказал я. — Считай, что мы в окружении врагов.
— А это разве не Ваши земляки? — Удивился воин. — Господин, я думал…
— Если ты ещё хоть раз назовёшь меня господином в присутствии местных, то меня тут же прибьют, идиот! — Обозлился я. — Называй меня по имени или товарищем, тупоголовый ты осёл. Мы и без того на местных не очень-то похожи.
— Я всё понял, — закивал Юра. — Вон какая-то женщина к колодцу пошла.
— Всё, пойду с ней поговорю, жди.
Моё приближение заметили сразу, женщина явно напряглась, сразу поняла, что я не из здешних краёв, а учитывая, что идёт война, так вообще неизвестно, как себя вести. Тем не менее, убегать она не стала, остановилась и стала ждать моего приближения.
— Добрый день, — вежливо сказал я и улыбнулся. — Вы еду не продадите, второй день не кушал?
— Добрый, — кивнула женщина, — а Вы кто такой будете?
— Человек, — пожал я плечами. — Так что с едой-то?
— Есть кое-что, — кивнула она. Хорошо, хоть сразу не послала.
Конечно, можно было сходу спросить какой сейчас год, как и то, где мы находимся, но решил повременить и осмотреться. Немцев тут нет, наших тоже, чего торопиться, я имею в виду вояк.
— Так откуда Вы сюда пришли? — Снова спросила женщина. — Одеты прилично и не похоже, что долго по лесу бродили. У нас тут уже окруженцы были.
Вот же, а я и не подумал о том, что одежда чистая, вряд ли получится рассказать историю о том, как я от фашистов по лесам бегал.
— Из Польши иду, — брякнул я то, что первое пришло мне в голову. — А одежду можно менять, поэтому не испачкалась.
Само собой, она мне не поверила, но допрос прекратила, причём даже имя своё не назвала, партизанка. Сделала вид, что не услышала. Впрочем, мне её имя без надобности, так что не обратил внимания. Женщина завела меня в дом, где кроме неё никого не было, а сама вышла, сообщив о том, что сходит к соседям и чего-нибудь попросит. Мне это было на руку, пока её не было, я успел оглядеться, правда, не нашёл ничего интересного, что подтверждало бы время, в которое я попал. К сожалению, еду женщина не принесла, а ждал я её довольно долго, и когда вышел из дома, то обнаружил, что народу прибавилось. Местные уже не прятались, зачем, если я один, а против меня сразу пять человек, все вооружены. У четверых имелись винтовки, к которым уже были примкнуты штыки, а у командира, как я понял, ещё и пистолет в кобуре.
— Кто такой? — Строго спросил мужчина. Я понятия не имел, какое у него звание, не разбирался, на воротнике ромб с квадратиком. — Покажи документы.
— Нет документов, потерял, — развёл я руками. — Зовут Константином.
— Фамилия и отчество какое?
— Скворцов Константин Сергеевич.
— Откуда родом?
— Из Польши.
На этом допрос прекратился, помешало новое действующее лицо — мой охранник. Видно он сразу заметил неладное, кое-как нацепил на себя броню и теперь мчался на помощь, топоча своими сапожищами.
— Это ещё кто такой? — Удивился командир группы. — А ну, стоять, стрелять буду!
Теперь почти все, кроме одного бойца, стали целиться в моего охранника, но нисколько его не смутили. Я мог убить этих ребят, они стояли близко, но не хотел этого делать, они всё же свои, тем более у Юры нагрудник, а они в него и целятся в надежде на то, что смогут пробить. Я был уверен, что не получится, поэтому ждал. Командир ещё несколько раз приказал остановиться, а потом один раз всё же пальнул и на этом стрельба закончилась. Как выяснилось, у бойцов больше не было патронов, только у командира в пистолете и то всего один.
— Врукопашную! — Заорал он.
— Юра, не вздумай их убивать! — Приказал я, не обращая внимания на ошарашенного бойца, который штыком чуть ли не упирался мне в живот. — Просто угомони и всё!
