Слышишь, где-то сорокатрещит на смертельной качели?Музы стужи до срокасковали «Весну» Боттичелли.Этот взгляд, одинокозавершающий круг превращений.Вензелями по льдуи зигзагами в небе промозгломзаплетаются тутвсе цвета между Богом и Босхоми находят приют.Вот свидетель выходит на плоскость.Обрываясь в полёт,взгляд отметит тектоники сдвиги:тут – очаг и оплот,там – долина, где звуки и блики,здесь – начальный аккордэтой музыки – куст ежевики.<p>«Непроницаем вовсе бутон поклона…»</p>Непроницаем вовсе бутон поклона.Зёрна костей сосчитаны и порочны.Сочленяет всадник АрмагеддонаЭволюцию в цепи беспозвоночных.Кожей ход впитывая, не дремлет.Замер прочно, а выгоды не упустит.Прорастают жабрами сквозь доспехизвуков ветви – зыбкие корни грусти.Взморьем дышит попутчик, спешен.В снасти трещин, ниточек, кракелюрапопадётся бледная рыба-эшери поёт: Нидерланды, Маастрихт, Дюрер.<p>«Взгляд вещи куполообразен…»</p>Взгляд вещи куполообразен,а эха звук – архитектурен.Зернистой глубине опасенбог ускользающей натуры.Запоминает мрамор блескашероховатую поверхность.Каким воображеньем детскиммы заклинаем Неизвестность.Спеклись, сгустились слой за слоемсоцветья лиц и отражений,и к глыбе темноты подходитслепой горбун Микеланджел о.<p>«Лето истлеет…»</p>Лето истлеет.В подвалах поселятся крысы,и виноградные листья побагровеют.Осень расстелетзолото готов у ног белобрысой.Лисы и псы понесутся по скверной аллее.Лето истлеет.Дамы обнимут своих кавалеров.Сменят трофейных жонглёров аккордеонисты.В двери забвеньяуйдёт листопад, и закроются двери.Примет больной по рецепту микстуру и выстрелкак панацею.<p>«Воркуя жабам «гули-гули»…»</p>Воркуя жабам «гули-гули»,мы всё прошляпили, продули,нам за амброзию толкалипрокисшее «Киндзмараули».Нам не напиться, не наесться,мотор нам заменяет сердце, нам в каждом земляном подвалепинали в душу берцем.Мы кат для брата, брат для ката.В глазах пожарище заката.Танцуй, торжественный иуда,в благоуханье смрада.Непостижимые мозгами,мы небесами стали сами.Теперь мы тьму в ломти кромсаем, спасибо за науку.<p>«Идущие на смерть…»</p>Идущие на смерть,поднятые на щит.Пехота на полях развёрнута в орнамент.Полярным остриёмна языке свечискрипящее перо царапает пергамент.Синхронны жест и звукв сиянии частот. На дальних небесах искрят стальные струны.И облака плывут.Идут за взводом взвод.И не тревожат пыль крылатые котурны.<p>Леонид Нетребо</p><p>Левый шмель</p><p>Рассказ</p>
